— Я бежал от врагов раздетым, дай мне во что одеться, дай лук со стрелами и коня.
Хозяин открыл дверь.
— Входи скорее, одевайся, вот моё платье. Бери коня тут налево. Вот узда, вот лук и стрелы, седло, — торопился хозяин. — Теперь свяжи меня и заткни мне рот: я скажу, что ты ограбил меня.
Салават засмеялся.
— Не смейся. У меня десять ртов и ни одного помощника. Как стану я бунтовать?
Салават связал хозяина полотенцем и в рот ему заткнул тюбетейку.
— Рахмат. Пусть хранит аллах все десять ртов и скорее пошлёт тебе одиннадцатый. Хош!
Салават вышел. В табуне он поймал жеребца. Жеребец взвился на дыбы.
— Тор, сукры![31] — крикнул ему Салават. — Будешь товарищем батыру… Мне не надо твоих кобыл — даже на лучшую женщину нельзя положиться.
Приарканив к дереву, Салават с трудом оседлал коня. Айгир не хотел стать невольником, много потребовалось труда взнуздать его, но когда железо, пенясь, захрустело в его зубах, Салават засмеялся.