Моя очередь. Влез я в костюм. Ботинки надел. Надели на меня груза, нож привесили. Привинтили шлем. Зашипело в шлеме.
Стал я тяжелым. И, бухая по железным ступенькам свинцовыми подметками пудовых калош, спустился в воду. Трап кончился. Медленно иду ко дну. Всё легче и легче делаюсь. Взглянул через стекло вверх. Вижу — тянутся, как две змеи, резиновый шланг и сигнальная веревка. Конец трапа висит. Рыжий киль баркаса над самой головой. А водяной потолок чуть рябит, как поцарапанное мутное стекло.
Немного спустя опять взглянул вверх — уже не видать ничего. Вниз взглянул — там что-то темнеет. Грунт, наверно. И вдруг в ушах — хлоп-хлоп — пискнуло и кольнуло. Ноги стукнулись обо что-то. Дно.
Посмотрел я через стекло. Свет какой-то белесый кругом, тусклый. Тихо очень. Вижу — впереди рыбка. Плывет ко мне. Остановилась, смотрит на меня и шевелит красными перышками-плавниками. Я шагнул, — рыбка мелькнула тенью над головой.
Нужно найти якорь. Стал я шагать, как меня учили. Нажимаю головой пуговку золотника, иду. Остановился опять, оглядел дно. Обрывок цепи, шлак, песок желтый, а из песка торчит коряга, вся облепленная ракушками точно изюмом. Шагаю дальше. Правым плечом вперед, — так легче раздвигать воду. Ноги по колено в ил уходить стали. Вытащишь одну ногу с этаким сапожищем — вторая вязнет. Как в тесте. Плюнул я со злости, а плевок под самым носом на стекле остался. Вот ведь как! Хотел я с досады затылок почесать… Что такое? Не слышу своих пальцев на затылке. Сообразил, что скребу я медную голову.
Больше не чесал я затылка и не плевался.
С трудом пробираюсь по дну и смотрю в стекла. Из ила чугунная лапа выглядывает. Ага, вот он, якорь-то!
Обрадовался я. Первый раз на дне, а сразу нашел. Нагнулся над якорем, придумываю, как бы лучше его привязать. А головой нечаянно всё жму да жму на золотник. Последний воздух буль-буль — и вышел. Отнял я голову от золотника, да за сигнал — дерг, дерг, дерг, дерг: дайте воздуху! А сигнал четыре раза, значит, наоборот — тише качай. Услышали наверху — ну и стали качать тише. Не помня себя, я опять четыре раза дернул. Чуть-чуть качают наверху.
Стал я задыхаться и повалился на якорь. Метнулись искры из глаз. Затошнило, перехватило горло, глаза полезли на лоб. Чувствую, как вылезают. Большой красный круг перед глазами поплыл, потом желтый — еще больше, синий — совсем огромный, поплыл, разорвался, и всё пропало. Еле помню, как подняли меня, как на палубе стащили рубаху.
Два дня после того я опомниться не мог.