— Странно, что не нашли оторваннаго угла, — сказалъ, немного погодя, слѣдственный судья Дэ. — А что, у васъ нѣтъ обыкновенія ставить штемпель школы въ уголкѣ прописей? — прибавилъ онъ, подумавъ немного.
— Иногда, — сознался братъ Фульгентій.
Но Маркъ запротестовалъ:
— Что касается меня, то я никогда не ставлю клейма школы на прописяхъ. У насъ нѣтъ такого обычая.
— Простите, — перебилъ его Симонъ своимъ покойнымъ голосомъ, — у меня есть прописи, на которыхъ поставленъ штемпель. Но я ихъ ставлю вотъ здѣсь, на этомъ мѣстѣ.
Отецъ Филибенъ, который все время молчалъ, слегка засмѣялся, видя замѣшательство судебной власти передъ такими разнородными показаніями.
— Это лишь доказываетъ, какъ трудно установить истину. Напримѣръ, это пятно, которое вы теперь разсматриваете, господинъ прокуроръ, — его считали за иниціалы, за надпись; я полагаю, что это просто чернильный кляксъ, размазанный пальцемъ ученика.
— Развѣ учителя помѣчаютъ прописи заглавными буквами фамиліи ученика? — снова спросилъ слѣдователь.
— Да, — опять сознался братъ Фульгентій, — у насъ это дѣлается.
— А въ нашихъ школахъ никогда! — воскликнули въ одинъ голосъ Маркъ и Симонъ.