Маркъ поднялъ голову и взглянулъ на желѣзнодорожные часы: четырехчасовой поѣздъ уже ушелъ, — надо было ждать до шести; въ ту же минуту онъ увидѣлъ Женевьеву, которая спѣшила къ нему, держа за руку свою дочь Луизу.
— Прости, мой другъ, я пропустила поѣздъ… бабушка была недовольна и сердилась, что я тороплюсь къ тебѣ, такъ что я просто стѣснялась взглянуть на часы и пропустила время.
Она сѣла около него на скамью, держа Луизу на колѣняхъ… Маркъ, улыбаясь, нагнулся къ дѣвочкѣ, которая протягивала къ нему ручонки, и поцѣловалъ ее. Затѣмъ онъ спокойно проговорилъ:
— Мы подождемъ шестичасового поѣзда, моя дорогая. Никто намъ не помѣшаетъ посидѣть здѣсь и поболтать… У меня къ тому же есть о чемъ съ тобою поговорить.
Но Луиза не была этимъ довольна: ей хотѣлось играть; она вскочила на колѣни отца и затопала ножонками.
— Она была умницей?
— Конечно… у бабушки она всегда умница, потому что боится, чтобы ее не заругали. Зато теперь ей хочется подурачиться.
Усадивъ снова дочь не безъ труда къ себѣ на колѣни, Женевьева спросила:
— Что же ты хотѣлъ мнѣ сказать?
— Я не говорилъ съ тобою объ этомъ, потому что самъ еще не рѣшилъ… Мнѣ предлагаютъ мѣсто учителя здѣсь, въ Мальбуа. Что ты объ этомъ скажешь?