Сразу же срубили несколько телеграфных столбов, чтобы прервать сообщение между Мудьюгом и Архангельском. Пусть ищут повреждение. Иди-ка поищи в лесу-то!
Но самого главного, у нас не было.
— Чего это, дядя Саша?
— А я вам говорил, ребята,— карты не было, да и компаса не было. Глаз не было. Вслепую мы шли.
Медленно.
Осторожно.
Нам надо было обходить кругом города, деревни: там могли нас изловить. О нашем побеге белогвардейцы всем раззвонили. Награду обещали за поимку, а кто укроет,— тому военно-полевой суд и смерть…
Вот мы и шли крадучись.
У одного товарища ноги опухли. Мы сделали носилки, понесли его. Появился у него жар, бред.
— Что делать?— думали мы.— Оставить его одного,— жалко, ведь вместе шли на смерть, а нести дальше — тоже не видно конца мучений.