- Дорогая сестра, не тревожься, мое отсутствие продлится не долго, и с божьей помощью со мной не случится никакого несчастья. Но, чтобы ты не мучила себя тревогой, я дам тебе мой нож.
И он снял с пояса нож, рукоятка которого была украшена жемчужинами, упавшими из глаз сестры, когда она заплакала в первый раз, отдал ей и сказал:
- Этот нож подаст тебе весть обо мне. Время от времени доставай из ножен и смотри на лезвие. Если лезвие будет чистым, как сейчас, это значит, что я жив здоров, если же оно потемнеет, знай, что со мной случилась какая-то беда, а если с него начнет капать кровь, то можешь поверить, что меня нет в живых.
Сказал и, не желая больше ничего слышать, погнал коня во всю мочь по дороге, ведущей в Индию.
Он ехал двадцать дней и двадцать ночей по пустынным местам. На двадцатый день своего путешествия доехал до подножия горы, где были богатые пастбища и росло одно единственное дерево. Под деревом сидел престарелый монах. Лицо его было скрыто под длинными волосами и бородой. Борода была длинная и белая, как новочесаная шерсть. Ноги и руки были чрезмерно худы. Ногти ног и рук очень длинны. Старец этот, несомненно, был отшельником, удалившимся из мира кто знает сколько времени тому назад.
И так как это был первый встретившийся ему человек после двадцати дней пути, Фарид спустился с коня и, держа его под уздцы, подошел к отшельнику:
- Приветствую тебя, о святой человек, - сказал он.
Старик, видно, тоже ответил приветствием, но его голос звучал из-под густых усов и бороды так глухо, что Фарид ничего не разобрал.
Тогда Фарид стал думать: 'Что мне делать, чтобы понять его речь? Ведь я должен продолжать свое путешествие согласно его совету'. Он вытащил из котомки ножницы и, подойдя к отшельнику, сказал:
- О, достопочтенный, разреши мне немного позаботиться о тебе, поскольку ты погружен в святые мысли и нет у тебя времени заняться собой.