— Ребята! Смотрите-ка, Семеныч-то наш, как святой! От лысины аж сияние... — услышал он знакомый голос Сашки Ушакова.
Сердце старика екнуло: «Неужели?..»
Не желая служить мишенью для шуток, он прошел прямо к себе.
«И чего ржут, черти, и чего ржут?» — с досадой думал он, прислушиваясь к хохоту рабочих.
Только во время работы, выбрав момент, когда все были заняты, он решился подойти к стенгазете. Приладив на нос старые, не раз чиненные очки, он разглядел на видном месте свою фотографию в красиво сделанной цветными карандашами рамке. Ниже была помещена заметка, в которой рассказывалось о его резце.
Старик, смущенно покашливая, отошел от стенгазеты.
В этот день время до обеда проскочило особенно быстро. Сидя в столовой, он был оживленнее обычного. Много разговаривал со своими приятелями за столом. Те приставали к нему:
— А с те5я, Семеныч, причитается... с премии-то...
— Что вы, ребята! Какая премия?
— Ну вот еще, какая!.. Прогремел со своим резцом в мировом масштабе!