Зато у станка лучшего в цехе токаря, Анохина, работавшего раньше у него учеником, он задерживается... Заготовка вала, установленная на этом станке, вращается так быстро, что глаз не улавливает ее движения и кажется, что она стоит неподвижно. Точно рассчитанным движением Анохин подводит к ней резец. Молнией сверкает в воздухе раскаленная докрасна стружка и падает за станок. Проход сделан. Анохин снова подводит резец, и снова сверкает в воздухе снятая стружка.
Семеныч невольно отодвигается. Ему кажется, что стружка должна обязательно упасть на проворные руки Анохина.
— Что, отец, страшновато? — Анохин задорно взглядывает на Семеныча живыми черными глазами.
Старик молчит.
— Твой ученик, твой... Не забыл еще... А теперь, видишь, что получилось? Скоростник! — не без гордости говорит Анохин.
— Опасная вещь... Аж глядеть боязно...
— Я это дело еще не совсем освоил, — делится своими соображениями Анохин, — Думаю вот отвод стружки устроить... Может, присоветуешь что? А?
— Непривычное дело. Скоро больно!
Заинтересовавшись их беседой, подходит фрезеровщик Угольков.
— Что, старый, смотришь? — спрашивает он Семеныча. — Учиться, что ли, пришел?