ОСЕНЬ

. . . . .

И всю ночь там по месяцу дымы вились,

И всю ночь кто-то жалостно чуткий

На скамье там дремал, уходя в котелок.

. . . . .

А к рассвету в молочном тумане повис

На березе искривленно — жуткий

И мучительно-черный стручок,

Чуть пониже растрепанных гнезд,

А длиной — в человеческий рост…

И глядела с сомнением просинь

На родившую позднюю осень.