Премьер-миннеудел'у мистеру Ллойд-Джорджу*

Старому другу. Совершенно секретно. Как, мистер, ваше отсутствие заметно!

Нынешние властители,

Ваши заместители,

Скажу – между нами! – с первой строки

Так-кие удивительные… дураки,

Что переписываться с ними нет охоты.

Как жаль, что вы без работы,

Какие б я вам закатывал ноты!

Каждый ваш шаг был объясним.

А Керзон… Поговорите с ним!

Куда он гнет, неизвестно?

Я признаю борьбу, ведущуюся честно,

То есть когда убийцы и грабители

Не притворяются монахами из святой обители,

Не придумывают придирок несущественных,

А без всяких глаголов божественных

Берут вас за глотку и очищают карман:

«Подавай мне Мурман!!»

   Хоть о прошлом вспоминать неудобно –

Вы, мистер, поступали бесподобно:

Наскочили, ожглись и на попятный.

Повели с нами разговор приятный,

А у Керзона иные подходы:

Заводит он спор про «территориальные воды».

Мы, изволите ли видеть,

Умудрились безводных англичан обидеть, –

У них ни морей, ни океанов, как известно,

Им у наших берегов тереться лестно,

Им мурманская рыбка не дает покою,

А мы им этой рыбки не даем!

   Нет, Ллойд-Джордж не осрамился бы политикой такою,

Если б знал, что в силах нас съесть живьем!

Он бы зыкнул: «А, совдепская каналия,

У тебя объявилась Курская аномалия,

А я должен в сторонке околачиваться?

Изволь со мной аномалией расплачиваться!»

И не приводил бы 1123 резона,

Будто Курск – нейтральная зона,

И что туда, ради небывалой приманки,

Англичане могут послать свои танки.

   Танки… Добро бы,

Вы, мистер, не делали этой пробы,

Но ведь Курск уже был в ваших руках,

И всё ж вы остались в… в дураках.

   СССР не пуганая ворона:

У нас нынче в чести слово «оборона»,

И если ваши преемники рискнут нас прижать

Или просто будут «пужать»,

Все равно нас не взять ни на какую «пушку» –

Отстоим мы свою советскую избушку!

Оградим свои «территориальные воды»,

Чтоб не лезли в них ваши пароходы,

Чтобы вы в наших водах рыбки не удили,

Чтоб наши берега не обезлюдели!

   Переговорите об этом с Керзоном в одиночку.

На этом ставлю точку,

Не вгоню вас длинным письмом в доску.

Я же, кстати, в бессрочном отпуску.