Н. Ф. Щербине

Была пора – сияли храмы,

Под небо шли ряды колонн,

Благоухали фимиамы,

Венчался славой Парфенон, –

И всё, что в мире мысль проникла,

Что ум питало, сердце жгло,

В златом отечестве Перикла

На почве греческой цвело;

И быт богов, и быт народа

Встречались там один в другом,

И человечилась природа,

Обожествленная кругом.

Прошли века – умолк оракул,

Богов низринул человек –

И над могилой их оплакал

Свою свободу новый грек.

Ничто судеб не сдержит хода,

Но не погибла жизнь народа,

Который столько рьяных сил

В стремленьях духа проявил;

Под охранительною сенью

Сплетенных славою венков

Та жизнь широкою ступенью

Осталась в лестнице веков,

Осталась в мраморе, в обломках,

В скрижалях, в буквах вековых

И отразилась на потомках

В изящных образах своих…

И там, где льются наши слезы

О падших греческих богах,

Цветут аттические розы

Порой на северных снегах, –

И жизнью той, поэт-художник,

В тебе усилен сердца бой,

И вещей Пифии треножник

Огнем обхвачен под тобой.