«Трех белых ангелов когда-то зрела ты…»

Трех белых ангелов когда-то зрела ты,

Они летели в ряд в безмолвии глубоком,

Среда бескрасочной, бездонной высоты…

Мне было суждено неотвратимым роком

С тобою встретиться, когда в краю глухом

Я жаждой изнемог, рожденный быть пророком.

Под кровлею одной многоэтажный дом

Обоих нас сокрыл в одно и то же время,

И долго оба мы не ведали о том.

Я долго нес свое завещанное бремя, —

Подавленный, душой по Вышнему томясь, —

И тлело в соках жил Им брошенное семя.

Хотя и раньше мне диковинная связь

Моей судьбы с мечтой была уже известна:

Тогда, когда Она — вся в розовом — зажглась,

К обличью близкая Невесты Неневестной;

Тогда, когда забил во мне внемирный ключ

Открытий радостных струею перекрестной;

Когда и мой язык стал необычно жгуч,

Искрясь роскошеством, что прежде в недрах прятал.—

Но время двигалось, и, капая, сургуч

Благоуханные страницы припечатал.

Тогда мы встретились и в яви, и в мечте,

Которою давно Создавший нас посватал.

Ты показала мне в нетленной чистоте,

В безмерной высоте святого поднебесья,

Те откровения, слова о Тайне те,

— Которыми дрожал, дышал, молился весь я.