«Я так тебя любил, что даже ангел строгий…»

Я так тебя любил, что даже ангел строгий,

Над скорбною землей поникнувший челом,

Благословил меня опущенным крылом

Пройти по сумраку сияющей дорогой.

Я так тебя любил, что Бог сказал: «Волшебным

Пройди, дитя, путем в творении моем;

Будь зачарован им, лобзайся с бытием,

И каждый день встречай мой мир псалмом хвалебным».

Но — я не знаю кто — в меня пустил стрелой,

Отравленной людским кощунственным проклятьем.

Но — я не знаю кто — сдавил меня объятьем,

Приблизивши ко мне свой лик истомно злой.

Но — я не знаю чей — запал мне в душу сев

Желанья жгучего порока и паденья.

Но — я не знаю чье — открылось мне виденье,

Слепительным огнем обманчиво зардев.

Я так тебя любил. Что думал пронести

Сосуд моей любви, столь хрупкий, невредимым

Среди кромешной тьмы, затканной алым дымом.

Я не сумел, не смог. Прости меня, прости!