"Что шумишь, качаясь…"

"Что шумишь, качаясь,
Тонкая рябина,
Низко наклоняясь
Головою к тыну?"

— "С ветром речь веду я
О своей невзгоде,
Что одна расту я
В этом огороде.

Грустно, сиротинка,
Я стою, качаюсь,
Что к земле былинка,
К тыну нагибаюсь.

Там, за тыном, в поле,
Над рекой глубокой,
На просторе, в воле,
Дуб растет высокий.

Как бы я желала
К дубу перебраться;
Я б тогда не стала
Гнуться да качаться.

Близко бы ветвями
Я к нему прижалась
И с его листами
День и ночь шепталась.

Нет, нельзя рябинке
К дубу перебраться!
Знать, мне, сиротинке,
Век одной качаться".

<1864>^{[3]546. "Воскресный досуг", 1864, № 95, с. 317, под загл. "Рябина", подпись: Крестьянин Иван Суриков. Пелась, по-видимому, в 1920-е годы, но большую популярность приобрела лишь в годы Великой Отечественной войны. В пении обычно опускаются 2-я и 3-я строфы, остальные варьируются (см. с. 945, 946). Ноты — Попова, вып. 3, с. 129.}