Поминки

(Из Шиллера)

Пала царственная Троя,

Сокрушен Приамов град,

И ахеяне, устроя

Свой на родину возврат,

На судах своих сидели,

Вдоль эгейских берегов,

И пэан хвалебный пели,

Громко славя всех богов…

Раздавайся, глас победный!

Вы к брегам родной земли

Окрыляйтесь, корабли,

В путь возвратный, в путь безбедный!

И сидела в длинном строе

Грустно-бледная семья:

Жены, девы падшей Трои,

Голося и слезы лья,

В горе общем и великом

Плача о себе самих,

И с победным, буйным кликом

Дико вопль сливался их…

«Ждет нас горькая неволя

Там, вдали, в стране чужой.

Ты прости, наш край родной!

Как завидна мертвых доля!»

И воздвигся, жертвы ради,

Приноситель жертв, Калхас,

Градозиждущей Палладе,

Градорушащей молясь,

Посейдона силе грозной,

Опоясавшего мир,

И тебе, эгидоносный

Зевс, сгущающий эфир!

Опрокинут, уничтожен

Град великий Илион!

Долгий, долгий спор решен, —

Суд бессмертных непреложен.

Грозных полчищ воевода,

Царь царей, Атреев сын,

Обозрел толпы народа,

Уцелевший строй дружин.

И внезапною тоскою

Омрачился царский взгляд:

Много их пришло под Трою,

Мало их пойдет назад.

Так возвысьте ж глас хвалебный!

Пой и радуйся стократ,

У кого златой возврат

Не похитил рок враждебный!

Но не всем сужден от бога

Мирный, радостный возврат:

У домашнего порога

Многих Керы сторожат…

Жив и цел вернулся с бою —

Гибнет в храмине своей!.. —

Рек, Афиной всеблагою

Вдохновенный Одиссей…

Тот лишь дом и тверд и прочен,

Где семейный свят устав:

Легковерен женский нрав,

И изменчив, и порочен.

И супругой, взятой с бою,

Снова счастливый Атрид,

Пышный стан обвив рукою,

Страстный взор свой веселит.

Злое злой конец приемлет!

За нечестьем казнь следит —

В небе суд богов не дремлет!

Право царствует Кронид…

Злой конец начало злому!

Правоправящий Кронид

Вероломцу страшно мстит —

И семье его и дому.

Хорошо любимцам счастья, —

Рек Аякса брат меньшой, —

Олимпийцев самовластье

Величать своей хвалой!..

Неподвластно высшей силе

Счастье в прихотях своих:

Друг Патрокл давно в могиле,

А Терсит еще в живых!..

Счастье жеребия сеет

Своевольною рукой.

Веселись и песни пой

Тот, кого светило греет!

Будь утешен, брат любимый!

Память вечная тебе!..

Ты — оплот несокрушимый

Чад ахейских в их борьбе!..

В день ужасный, в день кровавый

Ты один за всех стоял!

Но не сильный, а лукавый

Мзду великую стяжал…

Не врага рукой победной —

От руки ты пал своей…

Ах, и лучших из людей

Часто губит гнев зловредный!

И твоей теперь державной

Тени, доблестный Пелид,

Сын твой, Пирр, воитель славный,

Возлияние творит…

«Как тебя, о мой родитель,

Никого, — он возгласил, —

Зевс, великий промыслитель,

На земле не возносил!»

На земле, где все изменно,

Выше славы блага нет.

Нашу персть — земля возьмет,

Имя славное — нетленно.

Хоть о падших, побежденных

И молчит победный клик,

Но и в родах отдаленных,

Гектор, будешь ты велик!..

Вечной памяти достоин, —

Сын Тидеев провещал, —

Кто как честный, храбрый воин,

Край отцов спасая, пал…

Честь тому, кто, не робея,

Жизнь за братий положил!

Победитель — победил,

Слава падшего святее!

Старец Нестор днесь, маститый

Брашник, кубок взяв, встает

И сосуд, плющом обвитый,

Он Гекубе подает:

«Выпей, мать, струи целебной

И забудь весь свой урон!

Силен Вакха сок волшебный,

Дивно нас врачует он…»

Мать, вкуси струи целебной

И забудь судеб закон.

Дивно нас врачует он,

Бога Вакха дар волшебный.

И Ниобы древней сила

Горем злым удручена,

Соку дивного вкусила —

И утешилась она.

Лишь сверкнет в застольной чаше

Благодатное вино,

В Лету рухнет горе наше

И пойдет, как ключ, на дно.

Да, пока играет в чаше

Всемогущее вино,

Горе в Лету снесено,

В Лете тонет горе наше!

И воздвиглась на прощанье

Провозвестница жена,

И исполнилась вещанья

Вдохновенного она;

И пожарище родное

Обозрев в последний раз:

«Дым и пар — здесь все земное,

Вечность, боги, лишь у вас!

Как уходят клубы дыма,

Так уходят наши дни!

Боги, вечны вы одни, —

Все земное идет мимо!»