§ 132. Критика -- Крит -- крик!
Лезвие критической мысли на приведенной странице есть опять-таки... "Крит"; и оно обнажается за... "критские" интересы: чревоугодие Минотавра продолжает требовать жертв.
Минотавр все стенает: --
-- божества германства, славянства и эллинства; Wesenheiten33, русалки и эльфы; Аполлон, Ярило34, Вотан35; нежить, нечисть язычества, христианства -- допустимы... "с одной оговоркой", -- то есть --
-- Крит, лабиринт, Минотавр, минотавров чреватые ревы; "оговорка" разрастается в пункты: пункт первый, второй и пункт третий, носящий четыре подпункта, -- то есть целое руководство "практической некромантии".
Вытекши из "обоих миров" и на них утвердив свою логику, автор поспешно утек -- в самонаблюдаемый нозис: д-р Штейнер, читатель и я -- потечемте за ним! Это быстрое "утекание" от предмета к предмету, вероятно, и есть вид "иных критициэмов", которые... существуют... в намеках и которые... повсюду... возможны. --
-- "Вотан может быть... существует где-то... но когда я хочу схватить... этот... образ... я должен остерегаться... распущенного подмешиванья к функции... внутреннего чувства произвольных... раздражений" {РоГ. 87--88.}. В теории знания автора книги о Гете существованию Вотана отведено "критически" место.
"Может быть, существующий Вотан" различаем, по автору, от... --
-- 1) возникновения в нас,
2) передачи другим,
3) восприятия в передаче и т. д.
Можно только жалеть, что различие "Вотанов" не развито детальней: различения эти приведут... разве что к созерцанию -- в образе и подобии
бога -- нервической кляксы.
Что же касается гнозиса возникновения в нас образов, то у д-ра Штейнера об этом достаточно сказано в "Тайнвведении"; чисто формальные указания обхождения с "образом, возникающим в нас", уж, конечно, смывают наивную "много-якость" обличий германского божества -- в пункте его устранения, как душевного содержания.