VII
Maman задумалась. Мой тон как будто смутил ее. Пройдясь взад и вперед по комнате, она отрезала:
-- Нет, я не поеду!
Я промолчала и кротким голосом сказала, вопросительно взглянув на нее:
-- Если тебе неприятно или неловко, я могу сделать за тебя визит.
Предложение сначала понравилось maman; но с ней никогда нельзя ручаться за прочность впечатления.
-- Что это еще за выдумка? Чтобы говорили потом, что вы меня учите такту! Да и нет никакого резона девушке выезжать одной, делать визиты пожилой женщине, без матери.
-- Ты можешь быть нездорова...
-- Глупости! -- слышать об этом не хочу!
Второй период начался дурно. Зная натуру моей родительницы, т. е. бесполезность уговариваний, я приступила к объявлению моего ultimatum.
-- Так ты решительно не поедешь, maman? -- спросила я тихо, но очень твердо.
-- Нет, нет и нет!..
-- Позволь же мне заняться немножко моими личными делами. Видя, что ты не отдаешь ей визита, мать Булатова может подумать, что ты и я считаем ее сына виноватым, что мы оскорблены толками и слухами. Думай и возмущайся как тебе угодно; но я не хочу таких недоразумений, Я должна показать матери Булатова, что ее сын в моих глазах -- ни в чем не виноват; я должна оказать ей больше внимания, чем я бы это сделала во всякое другое время. Вот, maman, мое желание, и я надеюсь, что ты отнесешься к нему просто и терпимо.
Эта тирада озадачила maman. Она начала даже тереть себе правый висок.
-- Вы все еще шутить изволите, Лизавета Павловна? -- спросила она после порядочной паузы.
-- Нет, maman, то, что я сказала -- очень серьезно.
-- То есть это значит, вы мне приказания отдаете?
-- Нисколько. Я говорю о себе.
-- О себе, о себе!.. Но кто ты? Опомнись! Ты точно, право, полуумная!.. Кто ты? -- спрашиваю. Разве ты можешь так распоряжаться собой и так разговаривать с матерью?! Mais c'est à mourir de rire!.. Ma parole!..
-- Maman, -- начала я голосом, которого родительница еще не слыхала, -- напрасно ты выходишь из себя. Я именно и желала знать, позволяешь ли ты мне распоряжаться собою настолько, чтобы сделать визит женщине, которую нет никакой причины оскорблять?
-- Но тебе-то до этого какое дело, скажи на милость! И с какой стати ты к ней поедешь? Ты ее в глаза не видала.
-- Это уже мое дело, maman. Но по светским приличиям, которые ты так строго соблюдаешь, в моем визите не будет ничего ни странного, ни особенно смелого.
-- Но коли я прекращаю с ней знакомство...
-- Это дело твоей совести. Ты не можешь привести ни одного довода, который бы убедил меня. И позволь мне, maman, следовать в серьезных вещах моим убеждениям.
-- Mais c'est une infamie!
-- Может быть; но так надо поступить, и я так сделаю.
-- Тебе просто хочется ménager des tete à tete с этим негодяем; а я этого не допущу!..
Родительница почувствовала наконец, что в моем тоне и во всем моем "maintien" явилось нечто совершенно новое. Ее гневные возгласы отскакивали от меня, не вызывая ни малейшего впечатления.
Я встала и подошла к ней. Она стояла посреди комнаты.
-- Ты видишь, maman, -- сказала я, -- что я вышла из детского возраста. До сих пор я уступала тебе во всем; поверь, что немного дочерей имели бы мою выдержку и уступчивость. И я надеюсь, что ты не доведешь меня...
-- До чего?! -- прервала maman глухо.
-- До необходимости раньше расстаться с тобой, чем бы я хотела. Это не угроза, maman; но ты настолько меня знаешь... я на ветер ничего не говорю. Запирать меня ты не станешь: это уже больше не в нравах, а насиловать мою совесть я не могу позволить ни тебе, ни кому на свете!..
Родительница вдруг ударилась в слезы. Слезы перешли, разумеется, в истерику. Мне было ее жаль: мой ultimatum явился слишком неожиданно для нее; но он был необходим именно в эту минуту.
-- Бегайте, рыскайте по городу, -- заговорила maman, всхлипывая, когда нервы поуспокоились, -- срамите мать, делайте скандалы! Я умываю руки!..
На всхлипывания пришел Пьер. Maman тотчас же встрепенулась и кинулась передавать ему, по-своему, содержание наших дебатов.
Пьер выслушал все с некоторым участием к матери. Он даже взял ее за руку. Это движение мне очень понравилось.
-- Dis, Piere! -- вскрикнула maman, -- si je suis malheureuse, avec cette fille!..
Пьер боком взглянул на меня, и его белые губы выговорили:
-- Il n'y a pas de quoi se faire du mauvais sang, ma mère... Elle a raison...
-- Как так?!
-- Pour couper court aux cancans, il faudrait que vous fassiez uue visite à cette dame.
Родительница присмирела.
-- Et puis, -- добавил Пьер, -- si vous n'y allez pas, elle est capable de faire un coup de tete.
И он указал на меня кивком головы.
Родительница совсем опустилась.