Сцена 5
Алькайд, тюремщики, Энрико, Педриско, 2-й привратник
Алькайд
Эй, постойте! Что же это?
(Тюремщики осиливают Энрико.)
2-й привратник
Он Фиделио, разбойник,
Уж убил.
Алькайд
Благое небо!
Ну, не знал бы я, что завтра
Утром будешь ты повешен
Всенародно, — я раскрыл бы
Сотни ртов кинжалом этим
Вширь груди твоей негодной!
Энрико
Бог мой! Это ли терпеть мне!
Как ты смеешь так со мною?
Я из глаз перуны сею.
Ты не думаешь ли, гнусный,
Что тебя из уваженья
К сану старшего алькайда
Я не трогаю? — Не смею? —
Если б только мог я, знай же,
Я б рукою молодецкой
Разорвал тебя на части!
Знай, что, искромсавши тело,
Стал бы рвать его зубами.
Но и этой жалкой местью
Не остался б я доволен.
Алькайд
Мы увидим завтра в десять,
Как палач найдет управу
Против стали вашей дерзкой.
Цепь ему еще добавьте!
Энрико
Вот уж точно, — тот от цепи
Не уйдет, кто в жизни столько
Нагрешил, что сам стал цепью. [78]
Алькайд
Посадить злодея в темный
Каземат!
Энрико
Вот это дело!
Ибо богу супротивник
Не достоин видеть небо.
(Его уводят.)
Педриско
Бедный, бедный мой Энрико!
2-й привратник
Ну, убитый-то беднее:
У него мозги сей дьявол
Разом выпустил на землю.
Педриско
Если б нам поесть немного.
Тюремщики (за сценой)
Молодцы, сюда живее,
Есть пора!
Педриско
И превосходно.
Ибо завтра — подозренье
У меня такое — глотку
Стиснут мне. Итак, я должен
Свой мешок набить сегодня,
Угостить тогда смогу
Свору дьяволов вельможных
Завтра я в преддверьи ада.