СЦЕНА IV.
Херея, одинъ.
Прощайте, смѣлые борцы
Свободы гибнущей. Въ ночи безумья,
Которую переживаетъ Римъ,
Вы искрами послѣдними блестите
И гаснете безвременно. Стремясь
Въ порывѣ пылкомъ къ благородной цѣли,
Вы не умѣете ее достичь,
Но умирать умѣете вы честно...
Увы, я съ вами мыслью и душой --
И не могу я вырвать васъ у смерти!
О, если бы надѣяться я смѣлъ,
Что въ грязной ямѣ общаго растлѣнъя
Найдется золото такихъ сердецъ,
Какъ ваши юные сердца -- повѣрьте,
Я сталъ бы ихъ искать и, можетъ быть,
На казнь идти рѣшился вмѣстѣ съ вами.
Но мы живемъ въ такія времена,
Когда безплодна за свободу гибель
Отдѣльныхъ жертвъ: не тронетъ никого
Теперь святой порывъ великодушья;
Вотъ отчего, внимая вашъ укоръ,
Я не иду на встрѣчу смерти честной:
Я остаюсь, чтобы отмстить за васъ!