ГЛАВА LI.
Въ одинъ апрѣльскій день, когда блестящіе лучи солнца искрились и сверкали въ милліонахъ каплей, только что выпавшаго дождя, Эстеръ сидѣла, въ маленькой кухнѣ требійскаго домика. Лиди не было дома и Эстеръ предпочитала сидѣть тутъ на плетеномъ стулѣ между очагомъ и огнемъ. Котелъ кипѣлъ на огнѣ, часы мѣрно стукали и стрѣлки подвигались къ четыремъ часамъ.
Она не читала, а шила; ея пальцы быстро бѣгали по работѣ, а въ полуоктрытыхъ ея губахъ точно сіялъ лучь весенняго солнца. Вдругъ она положила на столъ свою работу, сложила руки на колѣняхъ и нагнула впередъ свою прелестную головку. Черезъ минуту въ дверяхъ послышался громкій стукъ. Она вскочила и отворила дверь, спрятавшись за нее.
-- М-ръ Лайонъ дома? спросилъ Феликсъ своимъ мужественнымъ твердымъ голосомъ.
-- Нѣтъ, сэръ, отвѣчала Эстеръ изъ за своей засады,-- но миссъ Лайонъ дома, если вы желаете ее видѣть.
-- Эстеръ! воскликнулъ Феликсъ внѣ себя отъ изумленія.
Они крѣпко сжали другъ другу руки и съ восторгомъ смотрѣли прямо въ глаза другъ другу.
-- Васъ выпустили изъ тюрьмы.
-- Да, пока я не сдѣлаю чего нибудь еще хуже. Но вы? что все это значитъ?
-- Это значитъ, что все по старому, отвѣчала Эстеръ съ свѣтлой улыбкой,-- мой отецъ пошелъ по больнымъ, Лиди, со всегдашнимъ отчаяніемъ, отправились за покупками, а я сижу здѣсь съ суетными мыслями и жду, чтобъ меня побранили.
Феликсъ сѣлъ подлѣ нея и продолжалъ глядѣть на нее вопросительно: его взглядъ былъ серьезнымъ, она же лукаво улыбалась.
-- Такъ вы воротились сюда и будете здѣсь жить?
-- Да.
-- Вы не выйдете замужъ за Гарольда Трансома и не будете богаты?
-- Нѣтъ.
Тутъ что-то побудило Эстеръ взяться снова за работу. Улыбка замерла на ея губахъ, онѣ теперь слегка дрожали.
-- Отчего? спросилъ Феликсъ гораздо тише и облокотясь на столъ пристально смотрѣлъ на Эстеръ.
-- Я не хотѣла выйти за него замужъ и быть богатой.
-- Такъ вы отъ всего отказались? произнесъ Феликсъ подаваясь немного впередъ и говоря еще тише,
Эстеръ ничего но отвѣчала. Въ комнатѣ раздавалось только шипѣнье котла и стукъ часовъ. Никто не зналъ, какъ это случилось, но работа выпала изъ рукъ Эстеръ, уста ихъ встрѣтились въ долгомъ поцѣлуѣ. Этотъ поцѣлуй былъ второй въ ихъ жизни.
Еще мгновеніе и они посмотрѣли другъ на друга со слезами радости на глазахъ. Феликсъ положилъ руку на плечо Эстеръ.
-- Такъ вы могли бы раздѣлить жизнь бѣднаго человѣка Эстеръ?
-- Да, еслибъ была хорошаго о немъ мнѣнія, отвѣчала, она съ прежней улыбкой и качая головой.
-- Подумали-ли вы серьезно, какая это будетъ жизнь, какая простая скромная жизнь?
-- Да, безъ малѣйшаго запаха розъ.
Феликсъ поспѣшно отдернулъ руку отъ ея плеча, всталъ со стула, прошелся по комнатѣ и, быстро обернувшись, сказалъ очень серьезно:
-- А люди, между которыми я буду жить Эстеръ, подумали-ли вы объ этомъ? Они не отличаются безуміемъ и недостатками богатыхъ, но у нихъ есть свои недостатки, свое безуміе, и они лишены того блеска, который скрываетъ недостатки богатыхъ, скрываетъ, я не скажу для меня, ибо я не люблю всякихъ утонченностей -- но вы ихъ любите.
Феликсъ остановился на минуту и потомъ прибавилъ:
-- Это очень серьезный вопросъ, Эстеръ.
-- Я знаю, что серьезный, отвѣчала Эстеръ, глядя ему прямо въ глаза,-- съ тѣхъ поръ какъ я была въ Трансомъ-Кортѣ, я думала о многомъ очень серьезно. Еслибъ я не думала серьезно, то не отказалась бы отъ того, отъ чего отказалась. Отъ меня вѣдь зависѣлъ выборъ.
Въ продолженіе нѣсколькихъ минутъ Феликсъ стоялъ молча передъ нею и выраженіе его лица становилось все нѣжнѣе и нѣжнѣе.
-- А эти локоны, произнесъ онъ, какъ бы съ сожалѣніемъ, садясь подлѣ нея и гладя ее по головѣ.
-- Они ничего не стоятъ, они натуральные.
-- Но вы такое нѣжное созданіе.
-- Я страшно здорова и къ тому же бѣдныя женщины всегда здоровѣе богатыхъ. Впрочемъ прибавила она съ лукавой улыбкой,-- я думаю оставить себѣ маленькое состояньице.
-- Какъ? что вы хотите сказать! воскликнулъ Феликсъ вздрагивая.
-- Я думаю даже позволить себѣ роскошь, имѣть два фунта въ недѣлю. Вы понимаете, что намъ не надо будетъ проживать все это богатство. Мы будемъ жить такъ просто, какъ вы захотите, но у насъ всегда будутъ деньги и вы будете въ состояніи дѣлать чудеса. Потомъ, я думаю обезпечить вашей матушкѣ, небольшой доходецъ, чтобъ она могла жить припѣваючи, какъ бывало прежде, и отложить также маленькій капиталецъ моему отцу, чтобъ онъ на старости лѣтъ не былъ принужденъ жить милостынею.
Все это Эстеръ произнесла шутливымъ тономъ, но подъ конецъ прибавила серьозно, бросивъ на Феликса взглядъ полный смиренія и мольбы:
-- Я думаю все это сдѣлать, если вы позволите. Я хочу дѣлать только то, что вы сочтете достойнымъ.
Феликсъ снова положилъ руку на ея плечо, подумалъ немного, поднялъ на нее глаза и произнесъ съ улыбкой:
-- О! да я тогда буду въ состояніи завести большую библіотеку и давать всѣмъ книги на прочтеніе.
-- Вы думаете, что вы одни будете все дѣлать, сказала Эстеръ смѣясь.-- Вы не знаете, какъ я умна. Я намѣрена учить васъ многому.
-- Меня учить?
-- Да, сказала она качая головой,-- я исправлю вашъ французскій выговоръ.
-- Вы не заставите меня носить галстуха? воскликнулъ Феликсъ вызывающимъ тономъ.
-- Нѣтъ, но я научу васъ, не думать обо мнѣ такихъ глупостей, какихъ у меня никогда и въ головѣ не было.
Они оба весело засмѣялись, держа другъ друга за руки, точно маленькія дѣти. Они оба сознавали, что молоды и что счастливая жизнь открывается передъ ними.
Потомъ Феликсъ протянулъ губы и они поцѣловались.
-- Я грубый и необтесаный человѣкъ, сказалъ онъ, нѣжно впиваясь глазами въ каждую черту еи лица.-- Не раскаятесь-ли вы когда нибудь? не упрекнете-ли меня за то, что я не могъ раздѣлить вашего богатства? увѣрены-ли вы въ себѣ?
-- Совершенно увѣрена, сказала Эстеръ качая головой,-- еслибъ вы были другой человѣкъ, то я бы васъ менѣе уважала. Я слабая женщина, мужъ мой долженъ быть сильнѣе и благороднѣе меня.
-- Но вѣдь, если такъ, воскликнулъ Феликсъ вскакивая съ мѣста и со смѣхомъ нахмуривая брови,-- то вы заставите меня сдѣлаться лучшимъ человѣкомъ, чѣмъ и когда нибудь помышлялъ.
-- Я называю это возмездіемъ, отвѣчала Эстеръ и залилась серебристымъ смѣхомъ, столь же нѣжнымъ и мелодичнымъ какъ утренняя пѣснь жаворонка.