Глава двадцать пятая
АНДЖЕЛО ПРОВЕРЯЕТ РАБОТУ
В Банковской улице, против самого банка, стоял маленький чистенький беленький домик. В нижнем этаже его находилась красиво и удобно обставленная лавочка, принадлежавшая, по-видимому, члену общества умеренности, потому что в лавочке продавалась исключительно шипучая содовая вода. Покупателей не было. Мрачно холодный и важный вид хозяина или, лучше сказать, хозяев -- за конторкой постоянно менялись два человека -- отталкивал покупателей. Только тогда, когда хозяев в лавочке не было, покупатели изредка осмеливались перекинуться веселым словцом с долговязым приказчиком-ирландцем.
За конторкой в эту минуту стоял один из хозяев, человек очень почтенной наружности. Вооружив глаза зелеными очками, он внимательно читал Библию.
Колокольчик громко зазвенел, когда Анджело вошел в лавку.
-- Что вам угодно?
-- Мистер Эдуард прислал меня к вам, майор.
-- Тс! Я здесь не майор, а мистер Смит.
И хозяин быстро захлопнул книгу.
-- Я пришел, мистер Смит узнать, как идет работа?
-- Да тише же ради Бога, синьор! Работа, слава Богу, близится к концу.
-- Милорду угодно знать определеннее.
-- Я исполню волю милорда.
Мистер Смит громко позвонил. Послышались тяжелые шаги.
-- Скорее же, приказчик, скорей! -- прокричал мистер Смит.
-- Тысячи чертей и дьяволов! Иду, иду! Какой это черт так захотел воды! -- послышался грубый голос.
-- Ну, не ругайся! -- проворчал Смит.
-- Ваша правда, мистер, или пусть я пригожусь чертям на ростбиф!
На пороге показалась длинная фигура добрейшего и почтеннейшего капитана Педди О`Крена в длинном переднике.
-- Что вам угодно, хозяин?
-- Этому джентльмену нужно переговорить с тобой.
-- Очень рад, черт возьми? Что вам угодно, мистер?
Бембо повторил вопрос.
С важным видом Педди ответил:
-- Следовательно, я могу объявить именем самого сатаны, что я, черт меня побери, вовсе не приказчик какой-то глупейшей лавчонки, чтоб ей не было ни дна, не покрышки, а капитан Педди О'Крен, чтоб мне сейчас же провалиться!
-- Коротко и ясно, капитан, -- сказал мистер Смит.
-- Коротко и ясно, ах, черт возьми! Хорошо, я буду отвечать.
-- Мне некогда, -- сказал Бембо, и с нетерпением топнул ногой.
-- Так бы и сказали, сэр! Дело идет понемногу, изволите видеть! Дублин построен, правду сказать, не в один день, а до банка черт знает как далеко. Саундерс, по правде, отъявленный дурак, но все-таки малый славный. Работает добросовестно, но и напивается также добросовестно, проклятая скотина!
-- Но проход?
-- Проход, то есть желоб или эта проклятая подземная труба! У нас под ногами, сэр!
-- Я могу видеть?
-- Отчего же нет?
-- Вы как думаете, мистер Смит?
-- По поручению "его чести", мистер, -- ответил мистер Смит.
-- Экая дьявольщина!
Педди почтительно приподнял шляпу.
-- Итак, ваш покорнейший слуга, -- продолжал он.
-- Извольте видеть -- дыра почти просверлена и, если эта проклятая выдумка, компас, не врет, то нам очень и очень недалеко до проклятых банковых сундуков. Пора! А то эта добрая скотина, Саундерс, уже почти околевает, бедняга. И то сказать: уж девятый месяц, как он безвыходно под землей и поглощает безмерное количество зелена вина! Черт бы нас всех побрал! То есть не вас, мистер Смит, не вас, почтеннейший джентльмен, да и не меня, по правде сказать. Вам угодно спуститься в эту проклятую дыру?..
-- Да, чтобы дать верный отчет милорду.
И Бембо спустился за капитаном в подвал. Педди отодвинул в самом тесном углу бочку. Тут начинался проход, который вырыл Саундерс.