Глава сорок пятая
"БРАТ, СЖАЛЬСЯ!"
Бриан встал.
-- Милорд, ваши угрозы недостойны дворянина. Угодно вам согласиться на мое желание? Да или нет?
-- Нет, нет и нет! Я вам предлагаю уйти отсюда или я прикажу выгнать. Я застрелю вас как вора, если вы не уйдете сейчас же.
-- А я прошу ваше сиятельство исполнить ваши слова, -- холодно поклонился Бриан.
И он стал медленно подходить к графу, не сводя с него пристального взгляда.
Вейт-Манор поднял пистолет. Его подмывало желание спустить курок, но очевидно было и то, что он этого боялся.
-- Не подходите! Не подходите!
Бриан подошел к нему и положил руку на плечо. Граф в изнеможении опустился в кресло.
-- Вы сейчас убедитесь, милорд, боюсь ли я смерти?
Бриан взял пистолеты из рук графа и положил на стол.
-- Вы совершенно напрасно обрадовались тому, что я люблю, -- продолжал Бриан. -- Теперь мне необходимо спешить, и я не дам вам покоя. Я хочу быть богатым, понимаете, я хочу!
-- Вы хотите!
-- Хочу!
Граф опустил голову, услышав такой решительный ответ Бриана.
-- Хочу, милорд! -- повторил Бриан. -- Я хочу, чтобы любимая мною женщина могла пользоваться роскошью и удобствами жизни, потому что красотою она выше всех женщин! Милорд! Мы имели одного отца. Вы один воспользовались нашим общим достоянием. Теперь и моя очередь... Не бойтесь, милорд, я вовсе не хочу попасть на скамью уголовного суда. Но не знаете ли вы такого закона, который запрещал бы англичанину выброситься в окно и разбить себе голову, милорд?
Граф бессмысленно смотрел на Бриана, подошедшего к окну.
-- Слышите, милорд? На улице шумит народ. Как он обрадуется даровому зрелищу!
Бриан схватился за задвижку.
-- Ради Бога, что вы хотите делать?
-- Не вставайте, милорд! Я хочу богатства ради нее. Час тому назад у меня похитили эту девушку. Итак, мне нужно золото. Вы отказываете мне, я хочу мстить.
Бриан отворил окно.
-- Берегитесь, сэр! -- вскричал Вейт-Манор. -- Берегитесь, если вы намерены оскорбить меня перед этой глупой толпой!
Бриан встал на стул.
-- Вы изволили не понять меня, ваше сиятельство. Я скажу только одно слово, но не имя вашего сиятельства. Еще раз, вы согласны?
-- Нет.
-- Уверяю вас, что вы не один раз раскаетесь в жестоком отказе. Итак, прощайте!
Бриан стал у окна и с грустью проговорил:
-- Сколько народа там, и я уверен, что все, находящиеся здесь, знают о нашей вражде.
-- Наконец я дождусь конца этой комедии! Угроза, не приводимая в исполнение, придает нам, трусам, смелость, -- с усмешкой сказал Вейт-Манор.
-- Милорд, -- холодно ответил Ленчестер, -- я ищу места, где бы вернее мог разбить себе голову.
Делайте все, что вам угодно, сказал граф, опускаясь в кресло.
-- Благодарю, милорд. Но я говорил уже вам, что падение мое не удивит никого, все знают наши отношения друг к другу.
-- Но кто же осмелится обвинять меня? -- спросил Вейт-Манор.
-- Все, милорд, потому что в истине слов умирающего никто не усомнится.
-- Боже милостивый! -- вскричал граф, поняв намерение брата. -- Это низкое зло, Бриан!
-- Почему же? Вы хотели меня застрелить? Я уверяю вас, что не присоединю никакого оскорбления вашему сиятельству; но, наконец, я выбрал место и вы, вероятно, мое восклицание услышите снизу. -- И он сделал движение, будто хотел броситься вниз.
-- Подождите! -- вскричал Вейт-Манор. -- Какое восклицание?
-- Я скажу: "Сжалься, брат!"
Крупные капли пота катились по вискам Вейт-Манора, и он упал на колени.
-- Сжалься! -- с отчаянием произнес он. -- Сжалься!
Вейт-Манор понял, что на него падало бы обвинение.
Бриан спустился на пол и помог брату встать. Пошли оба к столу, где Вейт-Манор подписал свое имя внизу листа бумаги.
-- Ну вот, -- слабым голосом сказал он, -- довольны ли вы?
-- Милорд! Я желал бы, чтобы вы сами написали добровольную уступку, -- отвечал Бриан.
Вейт-Манор дрожащей рукой начал писать. Но в это время дверь тихо растворилась и Патерсон, никем не замеченный, положил на стол лоскуток бумаги на котором было написано чье-то имя. Едва граф прочитал бумажку, как с ужасом отодвинул кресло от стола и прошептал:
-- Неужели мертвые восстают из могил? Или уж я лишился ума?
-- Человек, написавший свое имя, желает вас видеть и переговорить с вами, -- сказал Патерсон.
-- Боже мой! Он здесь! -- вскричал Вейт-Манор, -- но я видел смерть этого человека... Простите, я сейчас кончу этот акт.
Потом он обратился к управляющему и спросил:
-- Где же этот человек?
-- В кабинете, милорд.
Граф тотчас же вышел и не возвращался более получасу. Ленчестер подошел к столу, чтобы взглянуть, что брат написал, но в это время взгляд его упал на бумажку, принесенную Патерсоном. Там было написано имя Измаила Спенсера! Им овладело изумление. Неясные подозрения, пробужденные рассказом Сюзанны, представились ему, он хотел бежать в ту комнату, куда ушел граф, но было поздно: граф шел ему навстречу с радостным видом.
-- Извините, что заставил вас ждать, любезный брат.