СЦЕНА 3
Розаура одна.
Розаура. Вот это, пожалуй, самый приятный из всех мужчин, с которыми мне пришлось иметь дело. Ему нравится, чтобы его мучили. Он надут важностью и во славу этого кумира ценит больше пренебрежение, чем внимание. Итак, у меня собралось четыре поклонника, и у каждого из них есть свои достоинства и свои странности. Итальянец верен, но чересчур ревнив; англичанин искренен, но непостоянен; француз галантен, но лишен простоты; испанец пылок, но слишком важен. Чтобы покончить со своим независимым положением, я должна выбрать себе кого-нибудь из них. Это неизбежно, но я не могу еще решить — кого. Повидимому, все-таки я предпочту графа всем остальным, хотя он подчас может стать в тягость со своими ревнивыми подозрениями. Зато он первый объяснился мне в любви; и потом у него есть то преимущество, что он мой соотечественник. А с этим преимуществом считаются у всех народов. (Уходит.)