Спектакль в честь Лубэ
В Петербург приехал президент Французской республики Лубэ.
Весной в китайском театре в Царском Селе был назначен парадный спектакль. Я делал декорации для акта балета "Фонтаны" из "Конька Горбунка", оперы "Фауст" -- "Сад Маргариты", а также для сцены "Смерть Бориса", в которой участвовал Шаляпин.
Подошел вечер спектакля. Шаляпин одевался и гримировался Борисом. Режиссеры волновались, как бы не опоздать.
-- Начинайте, начинайте,-- говорил Шаляпин.
В это время в уборную к нему зашел великий князь Владимир Александрович. Сев против гримировавшегося Шаляпина, он спросил его:
-- Ну как? Что-нибудь новое учите?
-- Некогда, Ваше Императорское Высочество,-- ответил Шаляпин. -- Некогда.
-- А что же?
-- У меня француженка, Ваше Высочество, и какая! Что учить? Когда учить? Все равно все забудешь... Какая француженка! Вы поймете...
-- А-а!-- засмеялся басом великий князь. -- Что же, все может быть. И давно это с вами случилось?
-- На днях.
-- Федор Иванович,-- говорил оробелый режиссер,-- увертюра кончается, ваш выход.
-- Я слышу,-- сказал Шаляпин и быстро поднялся. Я вышел с ним на сцену. У входной двери сзади декораций боярской думы режиссер, державший дверь, чтобы выпустить в нужный момент Шаляпина, следил по клавиру.
Шаляпин, стоя около меня, разговаривал с балетной танцовщицей:
-- Господи, если бы я не был женат... Вы так прекрасны! Но это все равно, моя дорогая...
Тут режиссер открыл дверь, и Шаляпин, мгновенно приняв облик обреченного царя, шагнул в дверь со словами:
-- "Чур, чур, дитя, не я твой лиходей..."
В голосе его звучала трагедия.
Я удивился его опыту и этой невероятной уверенности в себе. Он был поразителен.
Государь и президент, а также и весь зал без конца аплодировали ему. На другой день Теляковский поднес ему в подарок от Государя большие золотые часы, сплошь покрытые бриллиантами.