XXI
На другой день Сивачев был у Башкова. Башков улыбался и потирал пухлые руки.
— Большое дело сделали, большое! Немного с опозданием, а все-таки…
— Что открыли? — спросил Сивачев.
— И эмигранты, и свои вредители, и эстонские шпионы. Всего есть…
Два дня спустя Сивачев вернулся в свою квартиру. Она была вычищена, вымыта, заново оклеена обоями, но хранила следы разрушения.