Молодого человека покоробило от этих слов. Они представляли все дело в новом свете, и получалось нечто весьма уродливое. Кроме того, это давало ему не очень лестное понятие об уме Лиззи.
— Разве тебе не нравится, что я рабочий, Лиззи? — спросил он с некоторым упреком.
— Мне все равно. Да и что же говорить об этом? Если тебе нравится ходить в грязном переднике, и если тебе приятно, что руки твои вечно покрыты лаком и скипидаром, то мне-то это и подавно безразлично.
Она подняла голову и немного отодвинулась от него, так что лишь ее пальцы касались его руки.
— Я думаю, об этом нам нечего и говорить, — сухо сказал Годдар. — Если только ты думаешь, что я не достаточно хорош для тебя, в таком случае ты можешь мне это прямо сказать.
— Какой ты злой, — сказала Лиззи.
Они прошли несколько шагов молча, затем Лиззи вытащила платок и начала вытирать глаза. Сердце молодого человека мгновенно смягчилось. Он снова просунул свою руку под ее и притянул ее к себе.
— Я не хотел тебя обидеть, Лиззи. Право я не хотел. Мне жаль тебя! Что мне сделать, чтобы доказать это?
— Ты думаешь, что я тебя не люблю, — всхлипывала Лиззи. — Все знают, что из-за тебя я отказала Джо Форстеру. А у него собственный табачный магазин и он держит приказчика.
Первая часть этого сообщения не совсем соответствовала истине, но Годдар не был посвящен в местные сплетни и не сомневался в правдивости своей возлюбленной.