Три часа Генри бродил вокруг лагеря, расположившегося в Стопе Бога, пока ему удалось, наконец, дать знать Леонсии о своем присутствии. Еще два драгоценных часа пропали, прежде чем она нашла возможность к нему прокрасться. Все складывалось бы благоприятно, если бы ее бегство не было тотчас же замечено. Весь лагерь всполошился. Жандармы и другие участники экспедиции Торреса вскочили на лошадей и погнались за беглецами.
Когда Генри, укрывшись вместе с Леонсией за выступом скалы, взялся за ружье, она запротестовала.
— У нас нет ни малейшего шанса, Генри, — сказала девушка. — Их слишком много. Если ты вступишь в перестрелку, тебя убьют. И что станется тогда со мной? Лучше беги один и приведи с собой людей на подмогу. Пусть они снова возьмут меня в плен, так будет разумнее, чем если ты дашь себя убить, — ведь этим ты все равно меня не спасешь.
Но Генри только отрицательно покачал головой.
— Нас не возьмут в плен, дорогая сестра. Доверься мне и наблюдай. Вот они. Смотри!
Торрес, начальник полиции и все остальные всадники, взобравшиеся впопыхах кто на лошадь, а кто на вьючного мула, показались на дороге. Генри прицелился в то место, где спрятал свой первый динамитный заряд. Едва он нажал курок, как облако дыма и пыли скрыло от брата и сестры всю остальную часть дороги. И когда оно медленно рассеялось, они увидели, что половина людей и животных сброшена на землю и все ошеломлены взрывом.
Генри схватил Леонсию за руку, помог ей подняться на ноги и бросился бежать, увлекая ее за собой. Когда они очутились вблизи второго заряда, он остановился и усадил девушку, чтобы дать ей немного передохнуть.
— Они не так скоро догонят нас на этот раз! — весело вскричал он. — И чем дальше они будут нас преследовать, тем медленнее станут продвигаться вперед.
Слова эти полностью оправдались. Когда отряд преследователей снова показался, Генри и Леонсия заметили, что он движется очень медленно и осторожно.
— Их следовало бы убить, — сказал Генри. — Но я не способен убивать людей, которые не могут защищаться таким же оружием. Зато я дам им еще одну хорошую встряску.