— Я, без сомнения, ошибся, — сказал Генри. — Они все едут, сбившись в кучу. Но начальника-то я отлично разглядел. Он едет впереди остальных.
— Кто такой этот Торрес? — резким тоном спросил Генри. — Он мне всегда был неприятен. А между тем, видимо, этот человек — желанный гость в вашем доме, Леонсия?
— Разрешите мне, сэр, принести вам свои извинения и со всей почтительностью повторить мой первоначальный вопрос, — подобострастно произнес капитан Трефэзен, — вопрос, заключающийся в следующем: что это за кавалькада, которая мчится сломя голову по прибрежному песку?
— Меня вчера чуть было не повесили, — засмеялся Фрэнсис. — А моего родственника собирались повесить завтра. Да только мы им не дались. Из-под носа у них удрали. Но вот что, капитан, позвольте обратить ваше внимание на то, что паруса у вас только хлопают, а не наполняются. Судно стоит на месте. Долго ли вы намерены тут прохлаждаться?
— Мистер Морган, сэр, — был ответ. — Я служу вам, как временному хозяину, с немой покорностью и почтительностью. Тем не менее вынужден довести до вашего сведения, что я британский подданный. А значит, признаю власть моего короля Георга и, прежде всего, обязан повиноваться ему и законам, которые он установил относительно международных морских сношений. Для меня совершенно очевидно, что вами нарушены какие-то законы здешней страны, сэр, иначе блюстители порядка не стали бы вас преследовать с таким упорством, сэр. Нет сомнений, сэр, вы теперь желаете заставить и меня нарушить международные морские установления и способствовать вашему бегству от правосудия, сэр. Но моя честь повелевает мне не удаляться отсюда, покуда не будут улажены ко всеобщему удовольствию всяческие осложнения, возникшие у вас на берегу, сэр, согласно постановлениям моего законного властителя, короля Георга.
— Поднимите паруса, капитан! — сердито перебил Генри разглагольствования метиса.
— Сэр, принося вам мои глубокие извинения, я вынужден довести до вашего сведения следующее: вы не являетесь лицом, зафрахтовавшим мое судно, и вы не король Георг, которому я служу как верноподданный.
— Ну, капитан, а я-то ведь зафрахтовал вашу шхуну, — сказал Фрэнсис любезным тоном; он уже по опыту знал, чем можно было взять велеречивого метиса. — Поэтому прошу вас, поднимите-ка паруса и выведите нас из лагуны Чирикви как можно скорее, — насколько это позволяет стихающий ветер.
— По заключенному между нами контракту, сэр, я не обязался нарушать законы Республики Панама и моего короля Георга.
— Я вам заплачу, — заявил Фрэнсис, начинавший терять терпение. — Живее! Дайте команду!