— Впервые, — сказал он остальным, — я вижу ее слезы.
Все были так поглощены счастливым возвращением Анны и Дрискола, что никто не заметил возвратившихся туземцев; все племя стекалось на площадь. Сначала вышла одна туземка и наблюдала за тем, что творилось на поляне, потом она исчезла из вида. Вслед за ней появилась другая женщина и недоверчиво уставилась на происходящее. Потом она тихо исчезла в темноте за деревней. Вскоре появились мужчины, которых вели вождь и шаман, они направлялись к площади. Некоторые из них взбирались на стену с зажженными факелами.
Энглехорн первым увидел эту приближавшуюся черную массу туземцев и резко скомандовал.
— Бадо! (Стойте!)
Матросы тут же образовали кольцо вокруг Анны, но туземцы ничего не замышляли. Они были просто ошеломлены и не верили своим глазам. Они пялились на Анну, глухо и монотонно бормоча: "Конг… Конг… Конг… Конг. "
— Это, — сказал Денхам многозначительно, — как раз то, что я и хотел бы знать. Что с Конгом?
— Что с ним? — переспросил Дрискол.
— Я приехал сюда снимать картину, — ответил Денхам, — но Конг стоит всех картин в мире. Теперь, когда Джек и Анна спасены, я… хочу… это… животное!
Вся команда, Энглехорн и Дрискол, державший Анну в объятиях, все уставились на Денхама.
— Что?