— Когда такъ, я спасенъ.
Въ эту минуту дверь комнаты отворилась и какой-то человѣкъ бистро вошелъ, сдѣлалъ нѣсколько шаговъ и тотчасъ воротился, захлопнувъ за собою дверь. Это былъ мущина съ густыми, короткими, рыжими волосами и съ большой рыжей бородой. Лицо его было очень красно — и Финіасу показалось, что были красны даже его глаза. Въ наружности этого человѣка что-то поразило его почти до ужаса — наружность эта показалась ему почти свирѣпою.
Наступило минутное молчаніе послѣ того, какъ захлопнулась дверь, а потомъ лэди Лора сказала:
— Это мой братъ Чильтернъ. Кажется, вы еще не встрѣчались съ нимъ?
Глава V. Мистеръ и Мистриссъ Ло
Страшное появленіе рыжаго лорда Чильтерна разстроило на минуту счастье Финіаса, слушавшаго ласковую лесть лэди Лоры, и хотя лордъ Чильтернъ исчезъ такъ же скоро, какъ явился, радость Финіаса уже не возвращалась. Лэди Лора сказала нѣсколько словъ о братѣ, а Финіасъ отвѣчалъ, что ему никогда не случалось видѣть лорда Чильтерна. Потомъ наступило неловкое молчаніе и почти тотчасъ вошло нѣсколько человѣкъ. Поздоровавшись съ двумя, тремя знакомыми, между которыми находилась старшая сестра Лоренса Фицджибона, Финіасъ простился и вышелъ на сквэръ.
— Миссъ Фицджибонъ будетъ обѣдать у насъ въ середу, сказала лэди Лора. — Она говоритъ, что не ручается за брата, но привезетъ его, если можетъ.
— Мнѣ сказали, что и вы теперь членъ Парламента, сказала Миссъ Фицджибонъ. — Мнѣ кажется, теперь всѣ засѣдаютъ въ Парламентѣ. Маѣ хотѣлось бы знать кого-нибудь, кто не былъ бы ВЪ Парламентѣ, тогда можетъ быть и я собралась бы замужъ.
Но Финіасъ заботился очень мало о томѣ, что миссъ Фицджибонъ говорила ему. Всѣ знали Аспазію Фицджибонъ и всѣ знавшіе ее привыкли переносить жесткость ея шутокъ и горечь ея замѣчаній. Она была старая дѣва, лѣтъ сорока, очень дурная собой, которая, примирившись съ своимъ старымъ дѣвствомъ, Хотѣла пользоваться тѣми жалкими преимуществами, которыя ея положеніе давало ей. Послѣдніе годы значительное состояніе досталось ей, тысячѣ двадцать-пять, досталось неожиданно. Теперь только у ней одной ВЪ семьѣ были деньги. Она жила совершенно одна, въ маленькомъ домикѣ, въ одной изъ самыхъ маленькихъ улицъ въ Мэй-Фэрѣ, бывала вездѣ одна и прямо высказывала свои мысли обо всемъ. Она была искренно предана своему брату Лоренсу — такъ предана, что готова была рѣшиться для него на все — кромѣ того, что не дала бы ему денегъ взаймы.
Но Финіасъ, выйдя на сквэръ, не думалъ ничего объ Аспазіи Фицджибонъ. Онъ ходилъ къ лэди Лорѣ Стэндишъ за сочувствіемъ и это сочувствіе она оказала ему въ полной мѣрѣ. Она понимала его и его стремленія, если ихъ не понималъ никто другой. Она радовалась его торжеству и сказала ему, что ожидаетъ его успѣха. и какимъ восхитительнымъ языкомъ скакала она это! «Малодушное сердце никогда не пріобрѣтетъ себѣ любви прекрасной женщины». Почти такимъ образомъ, хотя не совсѣмъ такимъ, поощряла она его. Онъ зналъ хорошо, что она не имѣла въ мысляхъ никакого другого значенія кромѣ того, которое выражали ея слова. Онъ ни на одну минуту не приписывалъ имъ ничего другого. Но не можетъ ли онъ заимствовать изъ этихъ словъ другой урокъ? Онъ часто говорилъ себѣ, что онъ не былъ влюбленъ въ лэди Лору Стэндишъ, но почему же онъ не могъ сказать себѣ теперь, что въ нее влюбленъ? Разумѣется, ему предстоятъ затрудненія. Но преодолѣвать затрудненія не составляетъ ли цѣль его жизни? Не преодолѣлъ ли онъ уже одного такого же большого затрудненія и зачѣмъ ему бояться этого другого? Малодушное сердце никогда не пріобрѣтетъ любви прекрасной дамы! А любовь этой прекрасной дамы — въ эту минуту онъ готовъ былъ поклясться, что она прекрасна — уже была на половину пріобрѣтена. Она не могла бы такъ горячо пожимать его руку, такъ проницательно смотрѣть ему въ лицо, еслибъ не чувствовала къ нему нѣчто болѣе обыкновенной дружбы.