Лордъ Чильтернъ, дѣлая этотъ вопросъ, прямо смотрѣлъ въ лицо Финну. Лицо его не выражало ни гнѣва, ни гордости. Въ немъ даже было что-то похожее па усмѣшку. Но оно показывало также, что лордъ Чильтернъ намѣренъ получить отвѣтъ.
— Нѣтъ, сказалъ наконецъ Финіасъ: — я не былъ счастливѣе.
— Можетъ быть, вы передумали?
— Нѣтъ, я не передумалъ.
— Какъ же тогда? Будемъ добросовѣстны другъ съ другомъ. Я сказалъ вамъ въ Уиллингфордѣ, что я поссорюсь со всякимъ, кто вздумаетъ отнять у меня Вайолетъ Эффингамъ. Вы рѣшились на это и потому я поссорился съ вами. Но мы не можемъ вѣчно выходить на дуэль.
— Надѣюсь, что намъ не придется больше стрѣляться.
— Нѣтъ, это было бы нелѣпо. Я нахожу, что мы и прежде нелѣпо поступили. Но я не видѣлъ другого исхода. Впрочемъ теперь это прошло. Теперь какъ же будетъ?
— Что я долженъ на это отвѣчать? спросилъ Финіасъ.
— Правду. Вы дѣлали ей предложеніе, я полагаю.
— Да, я дѣлалъ ей предложеніе.