— Какъ можно объ этомъ говорить? сказала она: — вы созданы для публичной жизни.
— Если такъ, я боюсь, что не исполню моего назначенія. Но говоря откровенно…
— Да, скажите мнѣ откровенно; я хочу понять въ чемъ дѣло.
— Дѣло въ томъ, что я не оставлю моего депутатскаго мѣста до конца сессіи, такъ какъ я думаю, что могу быть полезенъ. Потомъ я откажусь.
— Откажетесь и отъ этого? сказала она топомъ огорченія.
— Кажется, парламентъ будетъ распущенъ.
— А развѣ вы не явитесь кандидатомъ па депутатство?
— Я не имѣю на это средствъ.
— Полноте, вѣдь это фунтовъ пятьсотъ, не больше!
— И кромѣ этого мнѣ хорошо извѣстно, что единственная надежда на успѣхъ въ моей прежней профессіи состоитъ въ томъ, чтобы отказаться отъ всякой мысли быть членомъ парламента. Для начинающаго юриста эти двѣ вещи несовмѣстны. Теперь я это знаю и купилъ мое знаніе цѣною горькой опытности.