— Еще бы. Он не желает слышать ее имени. Это я понимаю.
— Он не желает, чтобы я говорил о ней с вами.
— Со мной? Что ж, мне рот замкнуть? Я буду говорить о ней, что найду нужным. Этого еще недоставало!
— Он тут больше имел в виду меня.
— Он не может заставить людей молчать. Все его вздор. Ему следовало держать ее в Кенигсграфе, держать взаперти до тех пор, пока она не изменить своего намерения.
— Он требовал от меня обещания не говорить о ней с вами, милэди.
— Что ж вы отвечали?
Он пожал плечами и принялся за чай. Она покачала головой и прикусила губы. Не станет она молчать, как бы он ни сердился.
— Я почти желаю, чтобы она вышла за этого господина, хоть чем-нибудь бы кончилась эта история. Не думаю, чтобы после этого он сам когда-нибудь упомянул ее имя. Что она уже возвратилась в Гендон?
— Не знаю, милэди.