— Но поможет ли строгость?
— Ничто другое и не может помочь. Мне лично кажется, что отцу, в таких случаях, следовало бы разрешать запереть свою дочь. Но маркиз так слаб.
— Страна ни на минуту не допустила бы этого.
— Тем хуже для страны, — решила милэди, воздевая руки. — Но брат, если возможно, хуже сестры.
— Гэмпстед?
— Он положительно ненавидит всякий призрак аристократии.
— Это нелепо.
— Крайне нелепо, — сказала маркиза, которой показалось, что ее поощряют, — крайне нелепо, ужасно, безобразно. Он — совершенный революционер.
— Ну, нет, мне кажется, — сказал милорд, которому приблизительно известны были политические убеждения Гэмпстеда.
— Право, так. Помилуйте, он поощряет сестру! Он позволил бы ей выйти за башмачника, лишь бы ему удалось унизить родную семью. Подумайте, что я-то должна чувствовать, я, с моими дорогими мальчиками!