Никаких подобных сожалений не испытывал мистер Гринвуд. Ему казалось, что фортуна, судьба, провидение — назовите как хотите — только исполнило свой долг. Он верил, что действительно предвидел и предсказал смерть вредного молодого человека. Но послужит ли теперь эта смерть сколько-нибудь ему на пользу? Не слишком ли поздно? Разве все они с ним не поссорились? Тем не менее он был отомщен.
Так прошли в Траффорд-Парке эти три часа.
Затем прилетел верховой, истина стала известна. Лэди Кинсбёри снова прошла в детям, но на этот раз не поцеловала их. Луч славы блеснул здесь и исчез, тем, не менее она чувствовала некоторое облегчение.
— Зачем я поддался этим страхам, в то утро, — подумал мистер Гринвуд.
Бедный маркиз почти тотчас задремал, а за другое утро едва помнил о получении первой телеграммы.
IX. Ложные вести
Был и другой дом, в который ложные вести о смерти лорда Гэмпстеда проникли в тот же вечер.
Сам мистер Фай не посвящал много времени на чтение газет. Если б он сидел один в конторе, до него бы и не дошли ложные вести. Но, сидя у себя в кабинете, мистер Погсон прочел третье издание «Evening Advertiser» и увидел подробный отчет о происшествии. В нем говорилось что лорд Гэмпстед, пролегая себе путь через калитку, полетел вместе с лошадью, причем вся охота переехала через него. Его подняли мертвым и тело его отнесли в Горс-Голд. Имя лорда Гэмпстеда пользовалось известностью в конторе. Триббльдэль всем рассказал, что молодой лорд влюбился в дочь Захарии Фай и готов жениться за ней, как только она этого пожелает.
Через молодого Литльбёрда рассказ этот взял известен старику и, наконец, дошел даже до ушей самого мистера Погсона. К этой крайне невероятной истории в конторе отнеслись с сильным сомнением. Но были произведены некоторые расследования и теперь большинство верило, что это правда. Когда мистер Погсон прочел отчет о трагическом происшествии, он с минуту задумался, потом отворил дверь и позвал Захарию Фай.
— Друг мой, — сказал мистер Погсон, — читали вы это? — и он подал ему газету.