..."Я измѣнилъ бы одно только у Гейне,-- размышлялъ Шлаковъ.-- Не съ русою косой (тогда -- "скачи скорѣй назадъ!"), а -- съ черною косой... Тогда -- "ступай ты на базаръ"... А, впрочемъ, все это глупо. И не мнѣ о томъ думать! Вѣдь, эти "бури тайныя страстей" и "оглушающій языкъ" ихъ,-- они для меня уже прожиты. И я долженъ желать и любить:
Поутру -- ясную погоду,
Подъ вечеръ -- тихій разговоръ...
А все остальное -- миражъ пустыни сороколѣтняго возраста. Красиво, и тянетъ, и умираешь отъ жажды... Но -- что въ томъ? Опытный арабъ не потревожитъ коня, и проѣдетъ мимо"...
ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ.
Незамѣтно бѣжали дни и недѣли...
Затянутый въ водоворотъ его охватившей страсти, Голощаповъ не замѣчалъ ничего окружающаго. Онъ жилъ и двигался въ какомъ-то своеобразномъ и сказочномъ мірѣ, который ютился у ногъ русоволосой дѣвушки, съ голубыми глазами,-- и она была центромъ всего, а все остальное -- обстановкой и фономъ этой центральной фигуры. Рядомъ съ ней (въ силу одной механической близости) стояла ея сестра, Катя, съ задумчивыми, черными глазами и темной косой. И Голощапову часто казалось, что она-то и есть та "чернобровая" дочь короля Дункана, вѣсть о потерѣ которой могла бы летѣть на крыльяхъ вѣтра, лишь бы только гонцу -- вѣстнику не пришлось ѣхать шагомъ и не затянуть, молча, поводъ коня...
(Но, нѣтъ! эту страшную сказку выдумалъ Гейне)...
Въ этотъ сіяющій міръ русоволосаго божества заходила иногда и стройная фигура старика генерала, въ сверкающемъ бѣломъ кителѣ. И Голощаповъ обычно, какъ и всегда, говорилъ съ нимъ, шутилъ и смѣялся, исполнялъ его порученія, писалъ его письма, и про себя удивлялся ненужности всего этого, и особенно -- тому, что это (мелочное и скучное) могло быть рядомъ съ тѣмъ (лучезарнымъ и радостнымъ), и никто не замѣчалъ этого...
Иногда отъ этого восхищеннаго созерцанія русоволосаго божества его неожиданно будило лобастое и хорошо ему знакомое лицо управляющаго (который казался ему сейчасъ жителемъ какой-то далекой планеты), и надо было дѣлать, извѣстное напряженіе воли, чтобы впустить къ себѣ (въ своей замкнутый міръ) этого далекаго гостя, слушать его и умѣть впопадъ отвѣчать ему....