-- Тзынъ-тзынъ,-- отзванивало сердце...
..."Это онъ -- переплываетъ свой Геллеспонтъ и дотянется "жадными руками" до своей Геро. О, она не зажжетъ ему факела. Она не станетъ пѣть ему::
Неси, волна, въ полночной тьмѣ
Скорѣе милаго ко мнѣ...
..."И не надо! Онъ найдетъ дорогу и самъ къ этой далекой башнѣ Сестоса! Его не удержитъ то, что "небо тмится, валъ грохочетъ"... Нѣтъ! Онъ доплыветъ"...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Когда Голощаповъ открылъ глаза, совсѣмъ уже было свѣтло...
Онъ привсталъ на постели, хотѣлъ закурить (у него пересохло во рту), но вдругъ почему-то прилегъ опять, и -- моментально уснулъ...
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЯТАЯ.
Жизнь въ усадьбѣ пошла ускореннымъ темпомъ. Всѣ какъ-то засуетились и заспѣшили куда-то... Писались письма; отсылались телеграммы; присылались откуда-то посылки; пріѣзжали люди, которыхъ никогда раньше не видно было въ усадьбѣ; на половинѣ барышень привезенныя изъ города модистки торопливо шили что-то съ утра и до вечера. Генералъ то-и-дѣло звалъ къ себѣ управляющаго, и Августъ Адамовичъ рѣдкій день не ѣздилъ зачѣмъ-нибудь въ городъ...