-- Да, "и ты, Брутъ?"
-- Какой "Брутъ"?
-- Гм... А тотъ самый, который, вмѣстѣ съ другими, занесъ свой кинжалъ -- и... (я быстро сдернулъ съ плеча ея тонкую рубаху и, обнаживъ ея чудную, молочно-бѣлую, вѣющую холодкомъ грудь, поцѣловалъ эту прелесть) -- ударилъ прямо сюда! И онъ былъ очень близокъ тому, на кого онъ занесъ свой кинжалъ; и тотъ это видѣлъ и съ упрекомъ сказалъ ему: "И ты, Брутъ"? и закрылъ лицо свое тогой, такъ же вотъ, какъ и вы закрываете сейчасъ свое милое личико...
-----
-- Все это пустяки, моя милая Эосъ...-- говорилъ я, немного спустя.--
Все это войдетъ въ свои берега и распредѣлится по удѣльному вѣсу. А вы мнѣ лучше вотъ что скажите: какъ вамъ понравился Сагинъ?
-- Да. Онъ хорошій. Но...-- запнулась она.
-- ..."Мнѣ это "но" не нравится: оно хорошее начало рѣчи портитъ"...-- продекламировалъ я.
-- Онъ нехорошо глядитъ...
-- Ахъ, да,-- это!