-- Да, Луша, вы правы: такихъ не убиваютъ...
Мы помолчали.
-- Прощайте, Луша!
-- Прощайте...
-- Если вы будете нуждаться въ кускѣ хлѣба когда-нибудь (а это скоро случится!), обратитесь ко мнѣ. Я не откажу вамъ...
-- Спасибо,-- невозмутимо отвѣтила она.
Я всталъ -- и вышелъ. И потомъ -- я никогда не видалъ уже Луши...
Въ тотъ же вечеръ,-- какъ только стало темно,-- меня обступили нехорошія мысли... Гдѣ Луша? У Дорошина? А если -- нѣтъ?.. Кто знаетъ и кто съ увѣренностью можетъ сказать, что онъ знаетъ,-- кто можетъ ручаться и вполнѣ быть спокойнымъ относительно того -- что происходитъ въ душѣ этой, окутанной ночью, дѣвушки?.. Я позвалъ Николая и попросилъ его сходить къ Дорошинымъ -- узнать, тамъ ли Луша?.. Онъ пошелъ. И пока онъ вернулся -- я пережилъ многое...Но призраки-мысли сразу разсѣялись. Луша была тамъ. Николая впустили не сразу. Ожидали, очевидно, прихода кого-то другого... Я зналъ, конечно,-- кого... И опасались впускать этого другого. И -- странно -- мнѣ вдругъ мучительно захотѣлось быть этимъ страшнымъ гостемъ,-- меня потянуло сунуть револьверъ въ карманъ и -- пойти... "не сразу сумѣлъ я оттолкнуть отъ себя эту мысль. она подползала ко мнѣ всю ночь,-- она сулила мнѣ торжествующую радость минуты -- увидѣть эти искаженныя ужасомъ лица, которыя опалитъ огонь выстрѣла!!!
Николая встрѣтила мать Дорошина и сказала ему что "барышня" осталась переночевать, такъ какъ больному при ней стало лучше... Я усмѣхнулся -- и успокоился. Цинизмъ этого перехода съ рукъ на руки грубо толкнулъ меня въ грудь -- и брезгливо поежился...
-----