II
...Письменный стол был наполовину завален тетрадями, справочными книгами, учебниками. Томик стихотворений лежал на кучке тетрадок в синих обложках, еще наполовину только разрезанный.
Ф. Сологуб. "Тяжелые сны" 10
Когда ранним утром мы подъезжали по каналу к Вытегре, с палубы парохода сквозь молочный туман показался сначала двугорбый холм, темно щетинившийся лесом, потом, восточнее, овраг, и за ним другой, безлесый холм со срезанной вершиной, и на этой вершине -- пятиглавая церковь с остроконечной колокольней. Еще поворот по каналу, и на правом берегу реки Вытегры, в которую впадает канал,-- уже сам город, оживленный пятнами зелени.
Около церкви -- "зарека", или заречная часть города. Тут, на Сретенской площади11, окнами глядя на церковь, стоит домик; в нем, по приезде в Вытегру, и поселился Федор Кузьмич. Теперь крыша этого дома обезображена дощатой заплатой; ею заделана дыра, образовавшаяся оттого, что недавно снесли мезонин или, по-местному, "чердачок". В этом "чердачке" и жил Федор Кузьмич. Здесь у окна он любил подолгу стоять и смотреть на изгиб реки, канал, соединяющий этот изгиб, на город, лепящийся на противоположном берегу, и на огромный простор полей и перелесков, открывающийся за городом... Говорят, что окрестности Вытегры болотисты, но, глядя на них со Сретенской площади, об этом забываешь...
Домик небольшой: пять окон на площадь и три на улицу, теперь называемую Советской. Со стороны двора, приходящегося12 на склоне холма, есть подвальный этаж с несколькими окнами, невидимый с площади. В первом этаже жили мать Ф<едора> К<узьмича> -- Татьяна Семеновна и сестра его -- Ольга Кузьминична13. Дом принадлежал Игнатьеву и назывался Караваевским -- по прежнему владельцу. Теперь он куплен Рябцовым14.
Как-то Федор Кузьмич спросил:
-- Знаете вы, что критика видела в Логине из "Тяжелых снов" меня?15
-- Нет, не знала.
-- Да. Впрочем, оно так и есть.