Таково было мнѣніе г. Анри Стеймбура, который не былъ ни достаточно молодъ, ни довольно любопытенъ, чтобъ желать во что бы то ни стало быть свидѣтелемъ на дуэли; и оба турка, люди благоразумные, тотчасъ же приняли предложенное удовлетвореніе. Впрочемъ, они попросили позволенія предварительно переговорить съ Айвазомъ, и противникъ ждалъ ихъ, не ложась спать, пока они сбѣгали въ посольство. Было четыре часа утра; но маркизъ спалъ уже только ради очищенія совѣсти, и сказалъ, что не ляжетъ въ постель, пока дѣло не рѣшится.
Свирѣпый Айвазъ, съ первыхъ же словъ друзей на счетъ примиренія, разсердился по-турецки.
-- Да что я съума что ли сошелъ? -- вскричалъ онъ, потрясая жасминнымъ чубукомъ, съ которымъ раздѣлялъ одиночество.-- Ужь не хотятъ ли меня увѣрить, будто я хватилъ кулакомъ г. Л'Амбера? Онъ ударилъ меня, и это доказывается тѣмъ, что онъ же предлагаетъ извиниться передо мной. Но что значитъ слово, когда пролита кровь? Могу-ль я забыть, что Викторина и ея мать были свидѣтельницами моего позора?... О, друзья мои, если я сегодня-же не отрублю носа моему оскорбителю, то мнѣ останется только умереть!
Волей неволей пришлось возобновить переговоры на этомъ нѣсколько смѣшномъ основаніи. Ахметъ и драгоманъ были на столько разсудительны, что побранили своего друга, но у нихъ было слишкомъ рыцарское сердце, чтобъ броситъ его, не окончивъ дѣла. Если бы посланникъ Гамза-Паша былъ въ Парижѣ, то онъ конечно прекратилъ-бы это дѣло своимъ вмѣшательствомъ. На бѣду онъ совмѣщалъ должности посла во Франціи и Англіи, и находился въ Лондонѣ. Секунданты добраго Айваза до семи часовъ утра мотались, какъ утокъ, между улицами Гренелль и Вернель, а дѣло не подвигалось.
Въ семь часовъ, г, Л'Амберъ потерялъ терпѣніе и сказалъ своимъ севундантамъ:
-- Мнѣ этотъ турка надоѣлъ. Ему мало, что онъ выхватилъ у меня изъ-подъ носа маленькую Томпэнъ; онъ находитъ забавнымъ не давать мнѣ спать. Что-жь, идетъ! Онъ, пожалуй, подумаетъ, что я боюсь помѣриться съ нимъ. Но только, пожалуста, поскорѣе; чтобъ нынче же утромъ все было кончено. Я прикажу заложить лошадей черезъ десять минутъ, и мы поѣдемъ за двѣ мили отъ Парижа; я живо проучу турка и ворочусь въ контору раньше, чѣмъ мелкая пресса пронюхаетъ о нашей исторіи.
Маркизъ попытался представить еще возраженіе, другое; но и онъ наконецъ призналъ, что для г. Л'Амбера другого выхода нѣтъ. Настойчивость Айвазъ-Бея была самаго неприличнаго тона и стоило, чтобы его хорошенько проучить. Никто не сомнѣвался, что воинственному нотаріусу, извѣстному съ столь выгодной стороны во всѣхъ фехтовальныхъ залахъ, суждено дать урокъ французской вѣжливости этому османли.
-- Милый мой,-- сказалъ старикъ Вильморенъ, похлопывая своего кліента по плечу,-- наше положеніе превосходно, потому что право на нашей сторонѣ. А въ остальномъ надо положиться на милость Божію! Опасаться нечего: у васъ сердце смѣлое и рука твердая. Только помните, что не слѣдуетъ драться не на шутку; дуэль существуетъ для того, чтобъ учить глупцовъ, а не для того, чтобъ ихъ уничтожать. Только неумѣлые люди убиваютъ противниковъ подъ предлогомъ научить ихъ какъ слѣдуетъ жить.
Выборъ оружія по праву принадлежалъ доброму Айвазу; нотаріусъ и его секунданты однако поморщились, узнавъ, что онъ выбралъ саблю.
-- Это солдатское оружіе, или оружіе буржуа, которые не хотятъ драться,-- сказалъ маркизъ.-- Но если вы настаиваете, то пусть дерутся на сабляхъ.