-- Нѣтъ, это не пришло мнѣ въ голову.
-- Такихъ невѣстъ нѣтъ почти у насъ въ Курси, но найдутся въ Вилль-Вьелѣ, Блоа, Турѣ, Орлеанѣ. Одинъ милліонъ требуетъ другаго. Одинъ да одинъ выйдутъ два.
-- Да для чего мнѣ два милліона?
-- Хотя для того, чтобъ купить всю фабрику и быть полновластнымъ хозяиномъ.
-- Вы нисколько не стѣсняете меня, дорогой г. Симоне; у меня, кажется, нѣтъ и призванія къ неограниченной власти.
-- Но можно породниться съ какимъ-нибудь древнимъ родомъ...
-- Нѣтъ рода древнѣе Дюмонъ.
-- Жениться на свѣтской дѣвушкѣ, которая играетъ на роялѣ, изящно, красиво одѣвается...
-- Я люблю больше Барбару въ платьяхъ, сшитыхъ ея собственными руками. Впрочемъ, мнѣ все равно, потому что, кромѣ нея, для меня не существуетъ другой женщины; я люблю ее одну, и это мое послѣднее слово.
Мой хозяинъ былъ человѣкъ со смысломъ, не сталъ больше настаивать и съ этихъ поръ смотрѣлъ на Барбару какъ на будущаго своего компаньона. Но, однако, я не ему поручилъ сдѣлать отъ меня формальное предложеніе; онъ былъ способенъ сказать Бонафипоръ, что имъ оказываютъ этимъ честь. Бабушка-"патріотка" взяла на себя это порученіе со всею готовностью. Восьмидесятилѣтняя крестьянка не прежде заговорила о моемъ внезапномъ громадномъ богатствѣ, какъ получила твердое согласіе. Она привела въ неописанное удивленіе бѣдняковъ, сообщивъ имъ о страшномъ капиталѣ, и поспѣшила со всею своею добротой прибавить, что всегда мечтала объ этомъ бракѣ и радуется, что дожила до такого счастія.