Мареев тяжело опустился на стул возле столика и задумался. Малевская с киноаппаратом в руках спускалась по лестнице.
— Что же теперь делать, Никита? — тихо спросила она, остановившись подле Мареева.
— Ждать помощи с поверхности.
— Исправить невозможно?
Мареев отрицательно покачал головой:
— Туда не доберешься.
Молчание воцарилось в камере.
— Надо сообщить Цейтлину, — глухо сказал Мареев.
Он встал перед Малевской, подняв на нее глубоко запавшие глаза, положил ей руку на плечо.
— Нина... Нас ожидают тяжелые испытания...