Тревога, вызванная этой аварией, перемежалась теперь у Цейтлина с радостной надеждой.
В шахте было жарко, несмотря на потоки свежего воздуха, которые мощный вентилятор гнал по трубам с поверхности.
Все были бледны от волнения и напряженного ожидания.
Внезапно громкий голос Володи прозвучал из репродуктора:
— Я вижу... вижу, Илья Борисович!.. Положите что-нибудь небольшое, металлическое в центре шахты!
— Сейчас, Володя!.. Сейчас... Готово!
— Хорошо видно!.. Торпеда идет прямо к центру.
У Цейтлина дрожала правая щека, но он даже не замечал этого. То носовым платком, то рукавом своей рубашки он непрерывно вытирал пот с лица.
Стояла напряженная тишина. Изредка шопотом переговаривались друг с другом люди, боясь проронить малейший звук из репродуктора.
— Я слышу торпеду! — закричал вдруг Цейтлин, застыв на месте с поднятым в руке платком. — Я слышу ее приближение! Площадка дрожит!