— Я обшарю ближайший участок океана, но найду этого зверя. Мне нужно убедиться, на нем мальчик или нет… Если только он не сорвался с кашалота…
Он помолчал и добавил:
— Одного я понять не могу: почему он не пускает в ход оружие? Ведь с ним ультразвуковой пистолет и электрические перчатки. Он ведь научился отлично пользоваться ими. В чем же дело? Может быть, он ранен…
Зоолог стоял на месте, опустив голову. Каждое слово капитана как будто обрывало какую-то ниточку в его сердце. Ах, Павлик, Павлик… Такой славный, такой хороший мальчик!
— Отвечай, Павлик! Отвечай, Павлик! Говорит «Пионер»… Говорит «Пи…»
Из радиорубки послышался вдруг грохот опрокинутого стула, тоскливый голос Плетнева оборвался на полуслове, на мгновение перешел в какое-то неразборчивое бормотание, икоту, и внезапно радист разразился отчаянным криком:
— Говори, Павлик! Я слышу! Я слышу!… Идите сюда! Сюда! Он говорит!… Где ты, Павлик? Где ты? Говори, я слышу!
Сломя голову все, кроме вахтенного начальника, бросились из центрального поста в радиорубку.