-- Скрипки! Я объ этомъ не подумалъ. Впрочемъ, у насъ есть Братфишъ!
Показался Братфишъ, котораго привелъ слуга.
-- Ты намъ сейчасъ просвистишь свадебный маршъ изъ Лоэнгрина! Отличись!
Братфишъ просвисталъ свадебный маршъ изъ Лоэнгрина, въ то время какъ Рудольфъ вмѣсто акомпанимента стучалъ ножемъ по тарелкѣ, заставляя собесѣдниковъ подражать ему.
Разговоръ велся обо всемъ понемногу: объ охотѣ, о городскихъ и придворныхъ сплетняхъ, о генералѣ Буланжэ, котораго Парижъ избралъ наканунѣ депутатомъ, о Бисмаркѣ, о войнѣ, о женщинахъ и о любви. Всѣ оживились. Наслѣдный принцъ, котораго раздражалъ насморкъ, схваченный на холодѣ и вызвавшій воспаленіе горла, пилъ много; на столъ подавалось одно лишь шампанское. Все время съ помощью какихъ нибудь уловокъ или внезапно онъ переводилъ разговоръ на предстоящій бракъ, какъ будто его преслѣдовала упорная мысль.
-- Признайтесь-ка, Батаджи,-- обратился онъ къ жениху Маріи:-- признайтесь, что это довольно необычный пріемъ хоронить холостую жизнь въ обществѣ невѣсты. Это довольно оригинально.
И, обернувшись къ Маріи, онъ прибавилъ:
-- Благодарите меня. Согласно смѣшному обычаю всѣхъ молодыхъ людей, онъ, можетъ быть, пригласилъ бы одну изъ "этихъ дамъ" Оперы или Бургъ-театра. Не правъ ли я, помѣшавъ этому безумію?
Марія отвѣчала лишь принужденной улыбкой.
-- Ахъ, дружокъ, тебѣ везетъ!-- продолжалъ онъ, обращаясь къ молодому Батаджи:-- я не скрываю, что завидую твоему счастью. Можетъ быть, тебѣ говорили о планѣ, который я составилъ, чтобы разрушить твой бракъ.Будья свободенъ,-- я всѣми средствами оспаривалъ бы у тебя твою, невѣсту... Споръ окончился бы, безъ сомнѣнія, исчезновеніемъ одного изъ насъ... Все это прошло... Я будущій императоръ, я обязанъ моему народу. По крайней мѣрѣ, это утверждаетъ моя мать. Повинуемся ей... Дадите ли вы, по крайней мѣрѣ, вашей невѣстѣ счастье, котораго заслуживаетъ эта прелестная молодая дѣвушка, красота которой завоевала всѣ сердца въ Вѣнѣ, королева граціи, принцесса всѣхъ очарованій, которая едва не сдѣлалась императрицей!... Подумайте, если вы не исполните этого долга, вы совершите преступленіе -- оскорбленія красоты... И мы съ вами расправимся, какъ съ уголовнымъ преступникомъ; у насъ къ вамъ не будетъ никакого состраданія.