-- Которой я далъ слово.
-- Она тебѣ вернетъ его.
-- Или умретъ.
-- Если она тебя дѣйствительно любитъ, то пожертвуетъ безумными мечтами, какія она создала себѣ.
-- Я зародилъ ихъ въ ея умѣ; я самъ ея искалъ. Ея руки просили, и я самъ умолялъ ее отказаться отъ всѣхъ предложеній, чтобы сдѣлаться моей женой.
-- Надо, чтобы она считала себя съ этихъ поръ твоей вдовой. Ты долженъ для нея умереть, если хочешь жить для твоей страны, для твоей миссіи. Своимъ добровольнымъ отказомъ она обезпечитъ себѣ уваженіе тѣхъ, у кого душа возвышенна, а чувства благородны: лишь о нихъ однихъ мы должны заботиться. Она не увидитъ выраженія обязательнаго почтенія и офиціальныхъ привѣтствій, но она будетъ имѣть право гордиться исполненнымъ долгомъ. Ты долженъ дѣйствовать лучше другихъ, мой сынъ, потому что ты выше другихъ. Возвративъ тебѣ свободу, эта женщина станетъ выше тебя, который выше всего свѣта.
-- Вы приговорили бы меня къ безконечной печали и вѣчному несчастію.
-- А мнѣ развѣ весело? Развѣ я счастлива? Наши подданные имѣютъ право на счастіе; мы должны имъ его обезпечить цѣною всевозможныхъ страданій и всевозможныхъ жертвъ.
Рудольфъ замолчалъ. Императрица, которая все время сидѣла, теперь встала.
-- Мой дорогой сынъ, мой любимый Руди,-- сказала она менѣе увѣреннымъ голосомъ;-- я тебѣ недавно говорила, что не мать съ тобою говоритъ, а императрица. Такъ, нѣтъ, твоя мать также тебя заклинаетъ не довершать печали, которую она уже перенесла, не причинять ей горя, котораго она не сможетъ вынести. Я перенесла всѣ мои надежды, честолюбіе и гордость на дорогую мнѣ голову. Единственное благо, которое меня привязываетъ къ жизни, это -- ты; единственное счастье, которое я теперь ожидаю,-- придетъ отъ тебя. Моя судьба, мое существованіе, можетъ быть, зависятъ и отъ твоей воли. Ты произнесешь мой приговоръ.