Водят круги омерзительной пляски,

Правят под месяцем липкие ласки,

Слизью сквернят камыши...

Я мог бы без труда показать, как такими же трагическими воплями кончаются и все другие попытки Валерия Брюсова обрести смысл своего существования, как рушится у него культ одиночества и равнодушия, культ мгновения, культ мечты и даже культ слова, т.-е. того самого искусства, которому он служит. Но не хочу затягивать статью, ибо и на приведенных примерах достаточно видно, что, пребывая на той психологической плоскости, на которой стоит Брюсов, не только нельзя учительствовать, но трудно и самому удержаться от последнего отчаяния.

Вечно творящие источники жизни как будто иссякли в этих душах, и они осуждены стоять в стороне от больших дорог, на которых совершаются судьбы народов. Люди этого типа могут поведать нам трагическую повесть о борениях и падениях одинокой души; они могут облечь ее в блестящую форму, которою любитель будет истинно наслаждаться; они могут дать, и уже дали, толчок развитию художественно-литературной техники -- но они ничего не прибавят к мировому и национальному значению русской литературы как признанной учительницы жизни. Совсем иной душевный состав надо иметь для того, чтобы уловить заложенные в народе возможности и явиться выразителем и истолкователем их перед лицом народа. Для такой задачи у современных писателей модернистской школы душа -- выражаясь словами Вячеслава Иванова -- "невместительна, и сердце тесно"10. Они "отроднились" от жизни их окружающей. "Потому ли, -- спрашивает г. Иванов, -- что возомнили быть родоначальниками нового рода? Или просто потому, что вырождаются?" И по тому, и по другому: и выродились, и возомнили...

1909

Адрианов Сергей Александрович (1865, сведения о рождении в 1871 не соответствуют действительности -- 1942) -- литературный критик, член имп. Археографической комиссии (с 1896), приват-доцент Санкт-Петербургского университета (с 1905), профессор Высших женских курсов, известный лектор. Одна из наиболее заметных личностей в литературной жизни столицы 1910-х гг. Заведующий отделом критики "Вестника Европы" (с 1909) и одновременно редактор "Слова" (1909) и "Русской молвы" (1912-1913), парламентский корреспондент "Русского слова", главный редактор "Русской энциклопедии" (с 1911). Общественный статус, круг знакомств и материальная обеспеченность Адрианова принесла его "вторникам" (Суворовский пр., 49) известность в научном, литературном и артистическом мире; некоторые постоянные посетители (напр., С. М. Городецкий) также бывали на "средах" жившего неподалеку ВИ. На протяжении десятилетия Адрианов вел рассчитанный по минутам упорядоченный дневной образ жизни, переходящий в ночные загулы в "Бродячей собаке". После 1918 г.-- преподаватель 1-го Высшего педагогического института; переводчик. В начале 1920-х переехал к жене -- прославленной певице З. П. Лодий (1886-1957), проживавшей близ Мариинского театра. Рецензии Адрианова на ВИ, а также восприятие самого Адрианова в символистской среде -- предмет особого рассмотрения. Погиб в блокаду.

1 Тирсофор -- "несущий тирс" -- жезл Диониса на празднествах в его честь.

КОММЕНТАРИИ