Как сказано, вывел царь Некрещеный Лоб трех кобылиц -- одна в одну, и поставил в ряд. "Выбирай за себя любую!" Иван гостиный сын зорко оглянул; видит, на одной уздечке блесточка потускнела, схватил за ту уздечку и говорит: "Вот моя невеста!" -- "Дурную берешь! Можно и получше выбрать". -- "Ничего, мне и эта хороша!" -- "Выбирай в другой раз". Выпустил царь трех голубиц -- перо в перо, и насыпал им гречихи; Иван гостиный сын заприметил, что одна все крылышком потряхивает, схватил ее за крыло: "Вот моя невеста!" -- "Не тот кус хватаешь; скоро подавишься! Выбирай в третий раз". Вывел царь трех девиц -- одна в одну и лицом, и ростом, и волосом. Иван гостиный сын увидал, что одна платочком махнула, схватил ее за руку: "Вот моя невеста!" Делать было нечего, отдал за него царь Некрещеный Лоб Василису Премудрую, и сыграли свадьбу веселую.
Ни мало, ни много прошло времени, задумал Иван гостиный сын бежать с Василисою Премудрою в свою землю. Оседлали они коней и уехали темною ночью. Поутру хватился царь Некрещеный Лоб и послал за ними погоню. "Припади к сырой земле, -- говорит Василиса Премудрая мужу, -- не услышишь ли чего?" Он припал к сырой земле, послушал и отвечает: "Слышу конское ржание!" Василиса Премудрая сделала его огородом, а себя кочном капусты. Воротилась погоня к царю с пустыми руками: "Ваше царское величество! Не видать ничего в чистом поле, только и видели один огород, а в том огороде кочан капусты". -- "Поезжайте, привезите мне тот кочан капусты; ведь это они умудряются!"
Опять поскакала погоня, опять Иван гостиный сын припал к сырой земле. "Слышу, -- говорит, -- конское ржание!" Василиса Премудрая сделалась колодцем, а его оборотила ясным соколом; сидит сокол на срубе да пьет воду. Приехала погоня к колодцу -- нет дальше дороги! -- и поворотила назад. "Ваше царское величество! Не видать ничего в чистом поле; только и видели один колодец, из того колодца ясный сокол воду пьет". Поскакал догонять сам царь Некрещеный Лоб. "Припади-ка к сырой земле, не услышишь ли чего?" -- говорит Василиса Премудрая своему мужу. "Ох, стучит-гремит пуще прежнего!" -- "То отец за нами гонится! Не знаю, не придумаю, что делать!" -- "Я и поготово[188] не ведаю!"
Были у Василисы Премудрой три вещицы: щетка, гребенка и полотенце; вспомнила про них и говорит: "Еще бог милостив! Есть у меня оборона от царя Некрещеного Лба!" Махнула назад щеткою -- и сделался большой дремучий лес: руки не просунешь, а кругом в три года не обойдешь! Вот царь Некрещеный Лоб грыз-грыз дремучий лес, проложил себе тропочку, пробился и опять в погонь. Близко нагоняет, только рукой схватить; Василиса Премудрая махнула назад гребенкою -- и сделалась большая-большая гора: не пройти, не проехати! Царь Некрещеный Лоб копал-копал гору, проложил тропочку и опять погнался за ними. Тут Василиса Премудрая махнула назад полотенцем -- и сделалось великое-великое море. Царь прискакал к морю, видит, что дорога заставлена, и поворотил домой.
Стал подходить Иван гостиный сын с Василисою Премудрою к своей земле и сказывает ей: "Я вперед пойду, извещу о тебе отца с матерью, а ты меня здесь подожди". -- "Смотри же, -- говорит ему Василиса Премудрая, -- как придешь домой, со всеми целуйся, не целуйся только с своей крестной матерью, а то меня позабудешь!" Иван гостиный сын воротился домой, всех перецеловал на радостях, поцеловал и крестную мать, да и забыл про Василису Премудрую. Стоит она, бедная, на дороге, дожидается; ждала-ждала -- не идет за ней Иван гостиный сын; пошла в город и нанялась в работницы к одной старушке. А Иван гостиный сын задумал жениться, сосватал себе невесту и затеял пир на весь мир.
Василиса Премудрая узнала про то, нарядилась нищенкой и пошла на купеческий двор просить милостыньку. "Погоди, -- говорит купчиха, -- я тебе маленький пирожок испеку; от большого резать не стану". -- "И за то спасибо, матушка!" Только большой пирог пригорел, а маленький хорош вышел. Купчиха отдала ей горелый пирог, а маленький за стол подала. Разрезали тот пирожок -- и тотчас вылетели из него два голубя. "Поцелуй меня", -- говорит голубь голубке. "Нет, ты меня позабудешь, как забыл Иван гостиный сын Василису Премудрую!" И в другой и в третий раз говорит голубь голубке: "Поцелуй меня!" -- "Нет, ты меня позабудешь, как забыл Иван гостиный сын Василису Премудрую". Опомнился
Иван гостиный сын, узнал, кто такая нищенка, и говорит отцу, матери и гостям: "Вот моя жена!" -- "Ну, коли у тебя есть жена, так и живи с нею!" Новую невесту богато одарили и домой отпустили; а Иван гостиный сын с Василисою Премудрою стали жить-поживать да добра наживать, лиха избывать.
No 225 [189]
Жил-был богатый купец. Пошел он ходить по чужим сторонам, дошел до реки и захотел пить; стал он в той реке пить, и схватил его Чудо-Юдо Беззаконный и просит: "Отдай ты мне, чего дома не знаешь". Купец думал-думал: "Кажется, я все дома знаю!" И сказал: "Ну, возьми!" Чудо-Юдо отпустил его. Отправился купец на родину; немалое время был он в пути, пришел домой, а без него жена сына родила. И растет этот сын не по годам, не по дням, а по часам, по минутам. Требует Чудо-Юдо уплаты. "Подай, -- говорит, -- мне, что сам обещал". Отец не дает, жалко ему своего сына, а сын говорит: "Что же делать, батюшка! Благослови меня, я пойду".
Шел он, шел много ли, мало ли время и пришел к темному лесу; стоит избушка на куриных ножках, на бараньих рожках. Говорит Иван купецкий сын: "Избушка, избушка! Обратись к лесу задком, ко мне передком". Сейчас избушка повернулась; он взошел в нее, а в избушке сидит баба-яга костяная нога. "Ого, -- говорит, -- давно русским духом не пахло! Здравствуй, Иван купецкий сын! Мой братец Чудо-Юдо тебя ждет -- не дождется". Он спрашивает: "Как же мне пройтить к нему?" Баба-яга дала ему шар и сказывает: "Куда покатится этот шар, туда и ступай!"