Вот барин и наказал пастухам беречь баранов от Климки-вора. Пастухи погнали стадо в поле, а Климка-вор забежал вперед, сделал петлю, да такую хитрую, что повиснуть на ней можно, а удавиться нельзя, взлез на березу и надел на шею петлю, будто повесился. Как увидали его пастухи -- и беречься перестали. А Климка соскочил с дерева, забежал опять вперед, взлез на осину и зацепил веревку на шею. Подошли пастухи, глядь -- Климка-вор и здесь висит! Один пастух говорит: "Климка на осине повесился!", а другой говорит: "Врешь, это не он; Климка на березе повесился!" Спорили-спорили и побились об заклад; побежали смотреть, кто повис на березе? Тем временем Климка соскочил с дерева, барана за рога да в кабак. Наутро призывает барин Климку: "Ты украл барана?" -- "Я". -- "Где же он?" -- "Продал". -- "А деньги где?" -- "Пропил". -- "Украдь же теперь у меня шкатулку с деньгами". -- "Изволь!"

Барин взял шкатулку, нарочно у окна поставил, себе ружье достал, а лакеям дал сабли: "Пускай-ка сунется, мы его примем по-своему!" Ночью Климка-вор украл козла, поднял окно, просунул в горницу козлиную голову и тычет прямо на барина. Барин и лакеи думают: сам черт лезет; пороняли ружье и сабли и попадали со страстей на пол, а Климка за шкатулку, да и был таков! Наутро призывает барин Климку: "Ты унес шкатулку?" -- "Я". -- "Где ж она?" -- "Разломал". -- "А деньги где?" -- "Промотал да пропил". -- "Теперь украдь у меня лошадь". -- "Изволь!"

Наказал барин конюхам беречь лошадь пуще своего глаза: одному велел за хвост держать, другому за повода, третьего верхом посадил, еще двух у дверей поставил с дубинами. Климка надел барское платье, и только стемнело -- пошел в конюшню. "Вы здесь, ребята?" -- закричал Климка и голос свой переменил -- точь-в-точь как у барина. "Здесь", -- отвечают конюхи. "Небось озябли?" -- "Озябли, барин!" -- "Ну вот погрейтесь, я принес вам водки, только смотрите, стеречь хорошенько!" -- "Рады стараться!" Напоил Климка всех конюхов допьяна; верхового посадил на слегу[168], который за повода держал -- тому дал веревку, который за хвост -- тому пук соломы, а что у дверей стояли -- тех за волоса скрутил друг с дружкою; сам вскочил на лошадь, приударил плеткою -- и след его простыл.

Утром приходит барин в конюшню: лошадь украдена, а конюхи спят с похмелья. Как прикрикнет, затопает ногами -- что тут было только! Один конюх со слеги упал, все кишки отбил; другой спросонок забормотал: "Стой, одёр! Тпррру!" А двое, за волоса связанные, потянулись в разные стороны и давай рваться, давай угощать друг друга тумаками да подзатыльниками. Плюнул барин и послал за Климкою. "Ты украл лошадь?" -- "Я". -- "Где ж она?" -- "Продал". -- "А деньги где?" -- "Промотал да пропил". -- "Ну, черт с тобой!"

No 385 [169]

Жил барин именитый, у него был крестьянин Каныга, по прозвищу Лыга; сам барин так его прозвал за то, что дюже много облыгал. Вот посылает барин: "Призовите, -- говорит, -- ко мне Каныгу-Лыгу". Лыга пришел. "Ну что, Каныга!" -- говорит барин. -- Сказывают, ты дюже фастаешься, что ты хитер на разные этакие проворные дела. Уведешь ли ты крестьянских лошадей?" -- "Уведу". -- "Врешь! Я вот пошлю семьдесят пять подвод с просом на мельницу; ежели ты уведешь, так дам тебе, -- говорит, -- тысячу рублев". -- "Ладно, барин, только дайте задатку". -- "Изволь!" Вынул трехрублевую и отдал.

Вот отправил барин семьдесят пять возов с просом на мельницу; мужики поехали через бор. А Лыга-то впереди их поспел да в бору поперек дороги на лежнях[170] быдто повесился. Один мужик подходит: "О, -- говорит, -- да это Лыга! Что ты тут делаешь?" Он молчит. Вот тот возьмет -- хлопнет его кнутом, другой возьмет -- хлопнет, он все молчит, как мертвый какой! Поехали дальше, а Лыга-то рысью успел вперед взять, да на дороге опять и повесился. Как мужики-то подъехали, один и говорит: "Ба! Да это никак Лыга?" А другой говорит: "Нет, не он! Лыга там позади остался". -- "А давай об заклад, что он". -- "Давай!" Вот ударились об заклад. "Ну, -- говорят, -- пойдем взад -- посмотрим; мы еще недалече отъехали".

Пошли двое, а за ними и все побегли. Лыга, увидавши, что мужиков нет, а подводы тут, взял отвязался и погнал подводы ближнею дорогою к себе на двор. Мужики приходят: нет ни возов, ни лошадей. Послали своего старосту доложить барину, что так и так: все подводы пропали. "Эх, -- говорит барин, -- верно это Лыга, сучий сын, проказит! Ступай к нему да возьми все назад". Староста пришел к Лыге: "Что, у тебя подводы с просом?" -- "У меня". -- "Барин велел назад взять". -- "Пускай-ка наперед тысячу рублев пришлет!"

No 386 [171]

Жил старик со старухою; народился у них сын Матроха[172], стал подрастать, стала мать говорить старику: "Поведи сына, отдай куда-нибудь в науку!" Старик собрался и повел сына в город; идут они дорогою, и попадается им навстречу мужик: "Здорово, старичок! Зачем идешь, куда путь держишь?" -- "Да вот, родимый, сына в город веду, в науку отдавать хочу". -- "Отдай его мне, добру научу". -- "А ты какому мастерству знаешь?" -- "Я -- ночной портной: туда-сюда стегну, шубу с кафтаном за одну ночь сошью". -- "Ах, родимый, мне такого и надобно", -- говорит старик, и отдал ему сына. Как воротился домой, старуха спрашает: "Ну что, старик?" -- "Слава тебе господи! Отдал сынка к ночному портному в ученье, да еще какой мастер выискался: туда-сюда стегнет, за одну ночь шуба с кафтаном явится!" -- "Ну, ладно, -- говорит старуха, -- дай бог, чтоб наука впрок пошла!"